Прожив некоторое время в Фессалии, каталонцы двинулись на юг через знаменитое Фермопильское ущелье в Среднюю Грецию, в пределы Афино‑Фиванского герцогства, основанного, как известно, после четвертого Крестового похода и находившегося под управлением французов». Некогда великая Греция превратилась в проходной двор европейских любителей приключений.
Вначале испанцы пытались наняться на службу к Афинскому герцогу, но затем передумали. Герцога наемники убили, а французских рыцарей разгромили в 1311 г. в Беотии. На развалинах Афино‑Фиванской державы они основали свое каталонское герцогство, которое просуществовало около восьмидесяти лет.
Успехи каталонцев в борьбе с турками оказались последними для Византии. Вскоре османы захватили три последних крупных города в Малой Азии и вышли к берегу Мраморного моря. К 1341 г. они угрожали самому Константинополю и готовились перенести военные действия в Европу. Византия не могла ничего серьезного противопоставить теснившим ее завоевателям.
Русь дольше всех хранила верность Византии потому, что их отношения были взаимовыгодным партнерством. Удаленность территорий являлась, как ни странно, гарантией бескорыстной и долгой дружбы. Формально император Византии продолжал считать себя властителем вселенной, притом, что его реальная власть распространялась только на Константинополь с пригородами. Но…
Любопытно послание византийского патриарха Антония IV великому князю московскому и всея Руси Василию Ивановичу, датированное 1393 годом. В нем глава православной церкви излагает московскому князю византийский взгляд на устройство мира:
«Итак, нет ничего хорошего, сын мой, если ты говоришь: «мы имеем Церковь, а не царя». Невозможно христианам иметь Церковь, но не иметь царя. Ибо царство и Церковь находятся в тесном союзе и общении между собою, и невозможно отделить их друг от друга. Тех только царей отвергают христиане, которые были еретиками, неистовствовали против Церкви и вводили развращенные догматы, чуждые апостольского и отеческого учения. А высочайший и святой мой самодержец, благодатию Божиею, есть (государь) православнейший и вернейший, поборник, защитник и отмститель Церкви; апостола Петра, говорящего в первом соборном послании: «Бога бойтеся, царя чтите», не сказал «царей», чтобы кто не стал подразумевать имеющихся царями у разных народов, но ― «царя», указывая на то, что один только царь во вселенной».
И в сочинении Максима Планудиса (XIV в.) великому князю московскому отводилось место стольника византийского императора. Но московских государей эта роль уже не удовлетворяла, и византийские притязания у них вызывают, по меньшей мере, пренебрежение; более того, русская церковь тяготится своей зависимости от патриарха. Послание Антония к московскому князю переполнено обидами и горечью:
«За что ты показываешь пренебрежение ко мне, патриарху, и не воздаешь мне той чести, какую воздавали (прежним патриархам) твои предки, великие князья, напротив ― неуважительно относишься и ко мне и к моим людям, которых я туда посылаю, так что они не получают у вас той чести и места, какое всегда имели патриаршие люди?»
Угроза гибели вновь заставила Константинополь вспомнить, что и православные и католики являются христианами, что у них, по большому счету, общие проблемы. Император Иоанн V (1341–1391 гг.) был готов пойти на какие угодно уступки, чтобы добиться от католического Запада эффективной и немедленной помощи.
Иоанну тем легче было исполнять все пожелания Рима, что он был воспитан матерью католичкой, Анной Савойской, только по требованию придворного церемониала перешедшей в православие. В 1369 г. Иоанн отправился в Рим и торжественно в соборе св. Петра принял католическую веру. Император признал папу главой всех христиан. В тот же день папа Урбан V пригласил новообращенного императора на обед, на котором присутствовали все кардиналы.
Эйфория от заключенного союза прошла довольно скоро. Папа ничем не смог помочь Константинополю окруженному турками, лишь некоторые западные авантюристы откликнулись на его призыв, но это была их личная инициатива, которая преломить ситуацию не могла, даже несмотря на временные успехи.
Влиятельные европейские монархи никак не отреагировали на союз папы с императором Византии. Дело в том, что престол святого Петра в XIV ст. утратил прежний авторитет: междоусобицы, сотрясавшие Европу, докатились и до него. Рубеж XIII–XIV вв. отмечен противостоянием папского престола и французского короля Филиппа IV Красивого (1285–1314 гг.). Закончился он победой Филиппа: в 1305 г. папский престол занял безвестный гасконский прелат Бертран де Го под именем Климента V. Новый папа перенес свою резиденцию из Рима в Авиньон и сделался послушным орудием французского короля. Достаточно сказать, что из 134 кардиналов итальянцев было 13, испанцев ― 5, англичан ― 2, швейцарцев ― 1, а французов ― 113.