Всю неделю Дима исправно слал сообщения и фотографии, но почему-то ни на одном снимке, кроме сделанного в первый день, не было его самого. И когда Дима вернулся, Наташа поняла причину – левая половина его лица, висок, часть лба и вся щека были в ссадинах.
– Господи, что случилось? – ахнула Наташа.
– Да пустяки, – отмахнулся Дима. – Упал со снегохода и немного поцарапался о наст. Фигня.
Но с точки зрения Наташи, это не было фигней. Представив, как снегоход летит на огромной скорости по снежной пустыне и Дима выпадает из него на крутом вираже, она ужаснулась. Хорошо, что легко отделался! А мог ведь и сломать себе что-нибудь или головой удариться…
Но Дима только посмеялся над ее переживаниями:
– Да ладно тебе, Наташка, было бы о чем говорить! Всего-то несколько царапин. Лучше посмотри, что я тебе привез в подарок!
И гордо протянул ей саамские национальные варежки из оленьей кожи и меха с обильной вышивкой бисером по красно-синему отделочному сукну.
– Только представь себе, это называется «кысста»! – говорил Дима, напустив на себя умный вид и покачивая на кожаном шнурке покрытые жестким ворсом внушительных размеров кульки, неуловимо напоминавшие Наташе пару выдр или нутрий, связанных между собою хвостами. – Там половина слов – как названия шведской мебели: цегкь, трийвок, перьвесськ. Мы с ребятами чуть со смеху не подохли, когда в парилке сидели – и пытались все это выговорить. Классные, правда?
Примерив подарок, Наташа поняла, что шевелить в них пальцами могут только натренированные годами тяжелого физического труда саамские женщины – если такие еще существуют в природе. Пришлось повесить варежки над зеркалом в коридоре для украшения интерьера.
– В следующем году привезу чучело оленьей головы, – мечтательно сказал Дима. – Рядом прицепим, и будет комплект.
Превращать свой дом в филиал музея народов Крайнего Севера Наташа не собиралась, но и спорить не стала. С одной стороны, Димины столь далеко идущие планы порадовали – значит, он собирается быть здесь с ней и дальше, и через год… Но, с другой стороны, было все же обидно, что он уехал вот так, не только без нее, но даже не посоветовавшись с ней и оставив на целую неделю без работы.
– В следующий раз ты меня все-таки предупреждай заранее, когда куда-то соберешься, ладно? – не удержавшись, все же сказала Наташа.
– Есть, товарищ командир! – Дима шутливо вытянулся в струнку и изобразил, что отдает честь.
Праздничный стол в честь дня рождения готовили в четыре руки, и Наташа, наверное, впервые за долгие годы, не устала еще перед приходом гостей. Но на душе все равно было тревожно. Честно говоря, она немного побаивалась знакомства детей с ее молодым бойфрендом – до этого дня им не приходилось не то что встречаться лично, но даже общаться в сети.
Но все вышло более или менее неплохо.
Костя с Евой пришли первыми и немедленно разделились: Костя засел с Димой в кабинете, где они тут же углубились в околокомпьютерный разговор, совершенно не понятный непосвященным, а Еву Наташа вынуждена была попросить заняться спасением подаренного Димой букета. Ох уж эти зимние розы! Больно смотреть, как стремительно они начинают клонить свои царственные головки, едва только их прихватит мороз. Еще днем, до прихода гостей, Наташа устроила розам теплую ванну, растворив в ней две таблетки стимулятора роста, и теперь Ева вновь собирала цветы в вазу. Попутно свекровь и невестка чинно беседовали, старательно перебирая немногочисленные общие темы.
С Евой Наташе было непросто. Эта милая, очень спокойная женщина редко смотрела в глаза собеседнику и говорила немногословно и тихо, из-за чего в общей застольной беседе ее голос, в отличие от Ленкиного, почти не звучал. С Костиком они жили вместе уже пять лет, но за эти годы лучше свою сноху Наташа так и не узнала. Что поделать, раз муж с женой оказались друг другу под стать – закрытые и себе на уме. А навязывать свое общество в качестве «ближайшей родственницы и самой лучшей подруги» Наташа никогда бы не стала.
Наконец букет был спасен. Ворвалась опоздавшая Ленка, и вся компания расселась вокруг большого обеденного стола, сервированного по такому важному случаю самым праздничным образом. Разложили по тарелкам еду – Наташа расстаралась и приготовила для каждого по две-три его любимые закуски. Быстренько подняли бокалы за именинницу, выпили (кто что), положили добавки. После второго тоста все взгляды невольно устремились на Диму, чье лицо все еще хранило следы падения со снегохода. Напустив на себя неприступный и загадочный вид, Дима в скупых выражениях взялся рассказывать, как сражался в лесах Заполярья с белым медведем. Или с бурым. Он точно не помнит, потому что вокруг было очень темно. Это естественно – сейчас там царит полярная ночь.
