Кок икнул и на четвереньках пополз в камбуз. Бриг в очередной раз подбросило на волне. Из камбуза послышался грохот и звон посуды. Дверь камбуза отворилась, и оттуда выполз кок. На голове у него был перевёрнутый котел.
— Бум! Бум! — Кок стукнулся котлом о мачту, упал на палубу и захрапел.
Капитан Тяп-Ляп подошёл к коку и постучал по котлу саблей:
— Эй, ты! Вылезай! Приготовь обед!
— Гу-гу-гу! — донеслось из котла. — Гу-гу-гу!
— Ну вот! Теперь до вечера от него не будет толку!
— Вы не беспокойтесь! Мы сами приготовим! — сказала Наташа.
Путешественники нырнули в камбуз. Это была маленькая тесная каютка, половину которой занимала плита, а другую половину — деревянный стол. В стол был воткнут кривой пиратский нож. На стенах камбуза на гвоздях висели железные кружки и огромная закопчённая сковорода. Под столом Тигруша обнаружила пузатый бочонок. Он был накрепко вбит в пол на случай шторма. На бочонке красными буквами было написано: «Ром. Тсс! Секрет! Никому ни слова!»
В шкафчике Наташа нашла котелок. Медвежонок Потап разжёг примус, что было совсем нелегко — бриг всё время подбрасывало и качало. Когда в котелке закипела вода, Наташа смогла кое-как заварить чай и разлить его по кружкам.
Чай отдавал перцем и солью, но по-своему был очень неплох. Путешественники даже смогли немного согреться.
Вася выдул три кружки чаю:
— Конечно, чай с перцем это вкусно, но я предпочёл бы чай с сахаром.
— У тебя старомодные вкусы. — Тигруша обнаружила в шкафчике сушёную камбалу и, морщась, понюхала её.
— Ну и гадость! — фыркнула она и выбросила камбалу в иллюминатор.
Камбала упала в воду, некоторое время плавала кверху животом. Потом очухалась, взмахнула плавниками и уплыла.
Выпив чаю и обсохнув, друзья вышли на палубу. В камбузе остались только заяц Афоня, Стёпка и Кеша, которому до смерти надоели все эти приключения. Иннокентию хотелось домой, под крылышко к профессору Кропаеву. Петух с грустью вспомнил, как каждый вечер, накормив его крошками, профессор Кропаев рассказывал ему про своё детство.
На палубе Наташа увидела, что капитан Тяп-Ляп залез на мачту и высматривает что-то в подзорную трубу.
— Где-то тут должны быть касатки! — крикнул он с мачты. — В прошлый раз они отгрызли у меня киль и проглотили шлюпку.
Из трюма выбежал матрос без тельняшки, но с чайником.
— Капитан, в трюме пробоина! Мы тонем!
— Мы давно тонем. А ты только сейчас заметил, тупица! — Тяп-Ляп покрутил пальцем у виска.
— Что делать, капитан? — спросил матрос и отхлебнул из носика чайника.
— Вычерпывать воду! Бери самовар и за работу!
— Слушаюсь! — матрос лениво побрёл в камбуз, выволок оттуда само-вар и потащил его в трюм.
Капитан Тяп-Ляп вздохнул.
— Ну и команда! Приходится за всех думать самому!
К вечеру буря стихла. Волны улеглись. Треснутая мачта поскрипывала. Ветер надувал паруса.
Пробоину ниже ватерлинии заткнули бочонком, а воду вычерпали самоваром. На палубе проснулся кок. Он стащил с головы котёл и с интересом огляделся.
— Мы ещё не утонули? — спросил он.
— Нет, не утонули, — ответила Наташа.
— Значит, завтра утонем, — успокоил кок, подложил под голову пушечное ядро и опять захрапел.
Матросы уселись на корме играть в шашки, а Стёпка и Афоня, измучившиеся во время шторма, улеглись спать в капитанской каюте.
Капитанская каюта была маленькой, но уютной. Над кроватью висела ржавая пила.
— Это нос рыбы-пилы! — похвастался Тяп-Ляп. — Я её сам поймал! Этим носом она чуть меня не проткнула!
Наташа не стала спорить, хотя точно такая пила была у них дома в ящике с инструментами.
— Хотите, вместе половим рыбу? — Тяп-Ляп вытащил из ящичка толстый канат.Только чур поймаем, отпускать.
— Зачем отпускать? — спросила Тигруша. — Лучше я её съем!
— Что ты! — испугался Тяп-Ляп. — Не говори этого вслух! Если рыба узнает, что ты собираешься её съесть, она откажется играть с тобой в рыбалку! Тогда лови хоть целый год — не выловишь даже пучка водорослей.
Тяп-Ляп взглянул на большие песочные часы в углу каюты и заторопился.
— Пора идти! Вот-вот начнётся вечерний клёв.
На закате, когда красные лучи солнца отражались в спокойных водах Ледяного моря, капитан Тяп-Ляп вышел из каюты и стал мастерить удочку. Он стащил с ноги ботинок и привязал к нему канат толщиной с руку.
— Кто же так ловит рыбу? — удивилась Тигруша. — А крючок? А грузило?
— Не учи учёного! — И Тяп-Ляп бросил ботинок в воду.
Бриг мирно покачивался в спокойных морских водах. Медвежонок Потап и Наташа смотрели, как в водной ряби отражается заходящее солнце и думали каждый о своём. Наташа представляла, что где-то далеко-далеко отсюда папа с мамой так же сидят вечером на палубе и смотрят на заходящее солнце.
А медвежонок Потап вспоминал, как в детском садике он каждое утро сидел на подоконнике и ждал, когда приведут в сад заспанных детишек.
Тигруша расхаживала по палубе и нетерпеливо поглядывала на канат с привязанным ботинком.
— Скоро там? — спрашивала Тигруша у капитана. — Где рыба? Я же говорила, что ни одна рыба не клюнет на ботинок!
— Рано еще, потерпи, — отвечал Тяп-Ляп. — Вот-вот начнется клёв.
