– Орел, – небрежно бросил Айвз.
– Действительно, орел, – подтвердил Форстер, разжав ладонь. – Я проиграл. Мы с вами забыли договориться о плане бегства выигравшего. Есть предложение: когда подойдет официант, вы вспомните, что должны позвонить другу. Я провожусь со счетом достаточно долго, чтобы вы успели забрать шляпу и удалиться. Благодарю вас за столь необычную трапезу, мистер Айвз. Хотелось бы, чтобы она не осталась единственной.
– Если мне не изменяет память, – проговорил Айвз с улыбкой, – ближайший полицейский участок расположен на Макдугал-стрит. Поверьте мне, я тоже получил удовольствие от вашего общества.
Форстер поманил официанта. Тот, подчиняясь скорее законам пневматики, чем земного тяготения, не столько подошел, сколько подъехал к столу и положил счет перед проигравшим, лицевой стороной вниз. Форстер взял листок и стал проверять, правильно ли в ресторане складывают цифры. Айвз развалился в кресле и не думал вставать.
– Простите, – обратился к нему Форстер, – по-моему, вы собирались позвонить Граймсу, чтобы пригласить его в театр на четверг.
– О, – отозвался Айвз, принимая еще более удобную позу, – это может и подождать. Официант, принесите мне стакан воды.
– Хотите присутствовать при сцене зверского убийства? – спросил его Форстер.
– Надеюсь, вы не станете возражать? – взмолился Айвз. – Никогда еще не присутствовал при аресте в ресторане джентльмена, отказывающегося платить по счету.
– Хорошо, – спокойно молвил Форстер. – Вас ждет картина растерзания христианина дикими зверями на арене.
Официант вернулся со стаканом воды и остался ждать с безразличным видом изощренного сборщика дани.
Форстер поколебался ровно пятнадцать секунд, потом вынул из кармана карандаш и написал на счете свое имя. Официант поклонился и унес листок.
– Дело в том, – объяснил Форстер, смущенно посмеиваясь, – что я вряд ли отношусь к любителям риска, которых еще называют «солдатами удачи». Вынужден покаяться: вот уже больше года я обедаю или ужинаю в ресторане этого отеля по два-три раза в неделю и всегда подписываю счета. А вы поступили очень отважно, оставшись до конца, хотя знали, что у меня нет денег и что вас тоже могут уволочь в участок.
– Теперь моя очередь каяться, – сказал Айвз с усмешкой. – Этот отель – моя собственность. Конечно, я пользуюсь услугами наемного управляющего, но неизменно оставляю за собой апартаменты на третьем этаже на случай, если окажусь в городе.
Подозвав официанта, он спросил:
– Мистер Гилмор на месте? Отлично. Передайте ему, что здесь мистер Айвз. Пусть приготовит и проветрит мои апартаменты.
– Очередное приключение, закончившееся неизбежной банальностью? – спросил Форстер. – Будем надеяться, что в следующий раз вам попадется настоящая головоломка без решения. А пока я хотел бы поговорить еще несколько минут на затронутую нами тему. Нечасто мне попадаются люди, разделяющие мои претензии к повседневности. Я помолвлен и через месяц женюсь.
– Разрешите никак не комментировать ваше сообщение, – попросил Айвз.
– Конечно. Тем более что это только начало. Я очень привязан к своей избраннице, но никак не решу, что лучше: явиться в церковь на венчание или удрать на Аляску. Это все та же тема, которую мы с вами развивали: лежащие перед нами возможности и как их умножить. Меня ждет общеизвестная рутина: поцелуй с ароматом цейлонского чая после завтрака, работа, возвращение и переодевание к ужину, дважды в неделю театр, счета, ежевечерние попытки поддержать разговор и не задремать, иногда небольшие ссоры, реже крупные и в конце концов развод – или совместное старение, что еще хуже.
– Знаю, – сказал Айвз, кивая.
– Именно непоколебимая уверенность, как все сложится, – продолжил Форстер, – и заставляет меня сомневаться. После женитьбы можно перестать заглядывать за угол – там уже никогда ничего не будет меня поджидать.
– Церковь – и конец, – подтвердил Айвз. – Ровным счетом ничего.
– Поймите меня правильно. Чувства, которые я испытываю к своей избраннице, несомненны. Именуются они коротко – любовь. Но кровь, бегущая по моим жилам, вопиет против определенности в любом проявлении. Я не знаю сам, чего хочу, но знаю точно, чего не хочу. Наверное, это звучит как речь полного идиота, но сам я хорошо себя понимаю.
– И я вас понимаю, – медленно проговорил Айвз, улыбаясь. – Что ж, мне пора к себе. Буду очень рад, мистер Форстер, если вы вскоре снова разделите со мной трапезу.
– В четверг? – предложил Форстер.
– В семь, если вас устраивает, – дополнил Айвз.
– Вполне устраивает.
