– Расслабься, я не первый день живу.
– Я веду к тому, что тебе нужно найти валюту понадёжней, чем плотские утехи Герцога. Он слишком непостоянен, а тебе нужно…
– Догадалась. Давай не будем это обсуждать? Лучше скажи, почему тебя избила стража.
Он замялся и почесал шею, весь его вид говорил о том, что ему очень не хочется вспоминать события того дня, но и отказать он не мог. Алиса смотрела на него так внимательно, и ему это нравилось. Артемис давно себя не чувствовал так, но как это «так» он объяснить не мог. Было так комфортно именно с ней, так уютно, тема для разговора была совсем неуместная, но он почему-то ответил:
– Чтобы попасть на службу в Мордвин нужно пройти 12 подвигов Геракла… Мордвин! – он произнёс последнее слово с невероятным трепетом, – Это надежда… это свет в темноте! – его голос звучал с придыханием, – Я потратил пять лет, чтобы попасть сюда, а когда попал…
– Не приняли? – спросила она бесстрастно, и тогда Артемис кивнул.
– Именно. Не знаю почему…
– Знаешь. Очень хорошо знаешь и понимаешь.
Закатистый смех Артемиса был непринуждённым и искренним, это вызвало улыбку Алисы.
– Ты невыносима!
– Так и есть, – её голос был немного зловещим, а взгляд гипнотизировал Артемиса, он не хотел отводить глаза. Тогда она, наконец, спросила, – Как так вышло? Ты потратил так много времени, чтобы оказаться здесь, но у тебя нет… цели. В чём смысл служения цитадели?
Он хмыкнул и посмотрел удивлённо:
– А ты не знаешь? Сюда рвутся по разным причинам. Некоторые потому, что только здесь есть пышные балы и призрак того мира, что был до Ксенопореи. Многим нужна тупая служба за деньги, ведь в Мордвине скапливаются самые важные господа, раздающие работу и деньги.
– Ты здесь не по этим причинам.
– Для меня это шанс сделать что-то действительно важное в этой бесконечной войне. Хочу встряхнуть этих зажравшихся лежебок, вдохнуть новую жизнь… это ведь застой!
Алиса медленно встала и двинулась к Артемису, который боковым зрением за ней наблюдал. Ему показалось странным её осторожность и сосредоточенность, он не мог понять, что она хочет сделать. Его сердце предательски участило удары, а Алиса обошла его сзади и нагнулась к нему, обнимая за плечи и целуя в щёку. Она погладила его по голове так, что от удовольствия он прикрыл глаза. Это не было соблазном или флиртом, хоть его кровь и била в виски просто от того, что красивая девушка находится так близко от него, но сами прикосновения её были скорее покровительственными, материнскими. Он перестал думать о том какая Алиса соблазнительная, о том, что они ужинают наедине там, куда никто не придёт. Он просто наслаждался близостью родной души. Он спросил:
– Что это за заклинание?
– Похоже, что я колдую?
– Да, – он поцеловал её руку с нежностью и трепетом, а в горле вдруг появился комок, мешающий говорить. Он глубоко вздохнул, снова поцеловал обнимающую его руку и произнёс, – Я вдруг почувствовал себя не таким уж и одиноким. Жестоко заводить меня в такое заблуждение, малышка.
– У тебя есть семья?
– Была. Умерли, а я остался. Один.
– Я тоже одна.
– Совсем?
– Ну… теперь у меня есть Хозяин, – она прикусила губу, чтобы не сказать ничего лишнего, – Это прозвучит странно, даже безумно… Давай будем напарниками?
– То есть? Друзьями что ли?
– Вроде того… хотя не уверена, что я умею дружить. Мне нужен кто-то, кто покажет мне этот мир, научит говорить без акцента, объяснит ваши обычаи, расскажет кое-что, что в книгах не написано. Я не знаю ваших танцев, а завтра этот странный приём… – она тяжело вздохнула и потёрла виски.
– Али, тебе достаточно просто попросить, и я всё тебе расскажу, – он лучезарно улыбнулся и посмотрел ей в глаза.
– «Али»?
– Ну у нас же должны быть кодовые прозвища?
Она тихо засмеялась и поцеловала его в щёку:
– Нарекаю вас, мой рыцарь, «Арти». А теперь научи меня этим гадским придворным танцам?
Артемис был усердным учителем, хоть и немного неловким. Несмотря на семь потов, которые сошли с него в процессе обучения, к концу занятий, Алиса уже уверенно танцевала.
– Ой… – он смущённо убрал ладони с её талии и даже залился краской, – Прости, у тебя теперь платье влажное. У меня ладошки вспотели…
Она лишь добродушно улыбнулась и коснулась пальцем кончика его носа:
– Ерунда. Ты мне очень помог.
– В чём пойдёшь? – спросил он внезапно серьёзно, – Ты ведь ещё гардеробом не обжилась, да и бал в столице не для гаремного тряпья, – он медленно защёлкивал застёжки своих лат, которые снял на время ночных уроков танцев.
Безразлично пожав плечами, Алиса ответила:
– Франческо сказал, что платье мне доставят.
Франческо, несмотря на статус слуги, был известен в Сакрале своей пунктуальностью, педантичностью и безупречной исполнительностью. Но главное – преданностью Герцогу настолько безукоризненной, что любая вербовка этого пухлого коротышки воспринималась как нелепая шутка.
– Раз Франческо сказал, что платье доставят перед балом – следует понимать это буквально. – криво улыбнулся Артемис.
Алиса устало улыбнулась и прикрыла рот рукой, чтобы сладко зевнуть:
