Вопреки. Том 2 полностью

– Я задержу секунд на 20, не больше, уходи! – приказывает Блэквелл, теряя силы.

Бедный мой, из его носа и ушей от напряжения течёт кровь.

Люцифер по моей команде срывается с места и мчится к раненым, я спрыгиваю с коня и сажу на него двоих сильно раненных.

– В замок, милый! Скорей! – велю коню.

Сама бегу в ту же сторону, мои друзья уже за пределом щита, но довольно много раненных по-прежнему волокутся.

И тут, на полпути к замку, меня словно молнией поражает. Непроизвольно текут слёзы, потому что тело догадалось до всего быстрее, чем пришла формулировка. Оборачиваюсь и смотрю на Винсента: он буквально прилип к тому месту, где читал заклинание. Он стоит, раскинув широко руки, а в его спину вонзаются копья, заклинания и мечи, но магия всё ещё идёт из него всполохами, делая щит всё плотней.

– Боже, нет!!! – кричу я.

Я обычно быстро реагирую в стрессовой ситуации, но в этот раз я вросла в землю и не могла пошевелиться: он умирал на моих глазах.

Он умирал.

За пару секунд обледенения моего тела, в душе моей что-то вспыхнуло, это было так сильно, что отозвалось в моём теле и прокатилось бешенной волной. Это не было что-то новое, ведь оно давно со мной, и это… это смысл, и в эти секунды я его теряла.

Есть такое ощущение, когда происходит что-то страшное, ты делаешь вдох, чтобы успокоиться и дать мозгу команду «Проснись!», а потом ещё раз… и ещё, но не просыпаешься. Это случилось, и ничего уже не вернуть. Охватывает паника, начинаешь судорожно искать признаки того, что это просто очень крепкий и страшный сон, но всё же оказываешься в ещё более страшной реальности. Момент упущен, а ты готов отдать всё на свете, лишь бы вернуть всё и сделать что-то, казалось бы, незначительное, но всё уже пошло бы иначе.

– Квинтэс….Сенци… – вырвалось рвано, – Квинтессенция, – прошептала я это так, как будто это последнее слово, которое я могу произнести в своей жизни, и именно оно решит судьбу. То самое «незначительное», что увело бы меня от неизбежного, то доказательство чуда, подтверждение существования бога, единственное правильное слово на всём белом свете, сотканное из волшебных звуков.

Я быстро заморгала и вдруг секунды растянулись, как резиновые, я видела всё в замедленном движении, сама при этом обладая быстротой и точностью. Я знала, что делать, если не почувствую пульс Винсента: я сдохну, ведь я не хочу жить дальше без него.

Я телепортировалась за щит туда, где застрял Винсент, но он с места не двигался. В меня тут же навалился десяток разъяренных воинов, а телепортироваться обратно внутрь купол было невозможно, пока на Хозяине кристалл силы. Каким-то чудом я нащупала его руку и сняла это злосчастное кольцо, а потом вложила все силы не в оборону, а на телепортацию. Я знала, что это возможно, потому что под указательным пальцем почувствовала почти незаметное движение крови в артерии на шее моего Хозяина, и это был стимул.

Далеко бы я не телепортировалась, было так мало сил, но Люцифер уже бежал мне на встречу – без остатка преданный своему хозяину друг, и я с адским усилием переместилась вместе с Винсентом, который так плотно прирос к месту, где возводил купол.

– Люц, какая же ты умница! Не на свете больше таких умных лошадей.

Он запретил возвращаться за ним, и это был приказ, который я нарушила. У меня удушение и как будто кожа плавится в месте, где к коже прилегает цепочка с медальоном. Я бы вросла в землю, если бы была не на Ксефорнийском жеребце, устойчивом к магии, но Люцифер мчался к Мордвину целенаправленно и отчаянно. Пришло то время, когда я ослушалась приказа Хозяина, теперь я знаю, что сильнее его воли: моё стремление сохранить его жизнь. По пути я усилием связанной с щитом мысли вызываю пожар внутри защитного кольца.

За невидимой стеной вокруг Мордвина месивом карабкались друг на друга искажённые муками воины, которые горели заживо – зрелище ужасное настолько, что и не передать. Их крики приглушены плотностью магии Винсента Блэквелла, который ставил внутренний щит, но ужасающий истошный крик умирающих в невероятных муках людей всё же эхом доходил до Сердца Сакраля. Огонь поглощал поле боя с невероятной скоростью, сжигая мёртвую и ещё живую плоть, застилая всё чёрным дымом, пока не образовал дымовую завесу между Мордвином и остальным Сакралем.

Замок погрузился в темноту.

Винсент Блэквелл был весь в крови и без сознания в моих руках, жизнь в нём еле уловимо теплилась слабым, гаснущим с каждой потерянной в раздумьях секундой огоньком. У меня затряслись от страха руки, сердце пропускало удары.

Думай, Алиса.

Я держу в руках что-то бесценное: того маленького мальчика с зелёными глазами, который не выговаривал букву «Л» и назвал меня во сне «Аиса». И сейчас он не дышит, жизнь покидает его, а я не знаю, что делать, как ему помочь. Я обещала, обещала не дать его в обиду.

Мы заезжем в холл на Люцифере, кладу Винсента на диван. Чувствую в нём какие-то сильные изменения, от него чем-то веет, у меня мурашки. Смерть? Нет, только не это…