– Взлетели, но спокойствие было не долгим. Нас пасли два ортоптера, пытаясь перехватить прямо в воздухе на полном ходу. Думал, нам крышка, а помощи ждать не от куда, поэтому мы с Франческо отклонились от графика и двинулись в Мордвин. Мы бы не долетели, ведь я знал, что внешний купол нас не пустит, пока Алиса… – предусмотрительно сделал паузу, – Да и буря…
– Если б не буря, то нас бы взяли! – вмешался Франческо, появившийся рядом, – Буря раскидала нас и врага в разные стороны, долго-долго несла, пока не бросила сюда.
– Пять дней прошло, а вы меня не известили. – сказал я в ожидании объяснений, – Бумага закончилась? Думаю, еда тоже, но её вы достали, как я погляжу.
Невнятные объяснения и тысячи извинений, какой-то бесконечный трёп о том, что «всё так закрутилось-завертелось» – и снова по кругу.
У меня вообще ощущение, что меня с самых пеленок оставили в парке на карусели с какими-то идиотами и там забыли. Ирония в том, что за идиотами приходят родители или альтернативные ответственные за них люди, забирают, но садят новых. А я всё сижу и изнашиваю вестибулярный аппарат, который уже бы отказал, но совесть не позволяет. Как показывает опыт, идиотам счёта нет, а блядская карусель не собирается останавливаться, а то бы я давно уже сошёл.
Всё. Хватит.
Матильда жива, ребёнок цел, лекарства у них есть, новый график утверждён, а ортоптер снова поднялся в воздух. Мне на нём делать нечего, поэтому нахуй-нахуй!
Домой, где снова Флэтчер будет лезть со своими вопросами, как ещё один идиот на карусели. Хотя… Флэтчер вовсе не идиот, просто стал невыносим. Надо бы вернуть его в Варэй, чтобы занять его чем-то, или лучше отправить домой на месяц?
Шахты Парборо, где его дом, надо восстанавливать при чём в срочном порядке! Там самые богатые во всём Сакрале залежи драгоценных магических камней, если не считать Мордвина, а фамилия Флэтчер всегда была связанна с добычей и обработкой кристаллов. Дронго и сам когда-то был отличным ювелиром, хотя выбрал всё же тропу войны.
Вот пусть тогда и восстанавливает шахты, а не одолевает меня вопросами, в которые ему лезть не положено.
Флэтчер-Флэтчер-Флэтчер!
Мне стало смешно. Невообразимо смешно от той игры, что затеял мой учитель по Стратегии и Тактике. Не могу преодолеть ментальный барьер своего отца, который он когда-то со всем возможным доверием поставил на мысли своего друга Дронго, но это и не нужно, ведь я очень давно не нуждаюсь в чтении мыслей для того, чтобы прочесть людей.
Час ночи. Спать.
Проснулся в холодном поту, в очередной раз снились сцены пыток Алисы. Подскочил резко и судорожно задышал, а, когда успокоился, увидел Алису, сидящую на кровати рядом.
Наверно всё ещё сплю? – первое, что пришло в голову.
Она сидела, обняв колени и спрятав голову в ладонях. Моя ладонь легла на её плечо, и она тихо прошептала:
– Помоги, пожалуйста! Сделай что-нибудь, мне так больно. Не хочу больше пропадать… – голос звучал надрывно, плечи тряслись в беззвучном плаче, а моё сердце саднило от каждой секунды её боли.
Я сел рядом и прижал её к своей груди, голова кружилась от одной мысли: она вернулась.
Боже, спасибо тебе, спасибо! Я буду жить дальше, буду строить планы, побеждать в битвах и в конце концов окончу эту чёртову войну! Сделаю это ради неё… лишь бы моя девочка жила.
Я гладил её мягкие пушистые волосы, дышал её ароматом и шептал:
– Девочка моя, держись за что-нибудь, только держись! Я найду для тебя мостик, чтобы это ни было…
– Не отпускай меня, пожалуйста! – она прижималась ко мне крепче, а я чуть с ума не сошёл от горя и счастья одновременно.
– Я буду рядом, не волнуйся. Даже если никого в целом мире не останется, я всегда буду рядом с тобой. Ничего не бойся…
Я целовал её волосы, растирал плечи, которые периодически сотрясались от беззвучной истерики, я готов был на всё, лишь бы всё это было правдой!
… Но вдруг замер. Спустя секунду отстранился, когда осознал, что она вовсе не плачет, ведь я знаю, как плачет моя девочка: робко, стыдливо, тихо. Так, чтобы никто не видел.
А это… напоминало концерт по заявкам.
Она не плакала, а смеялась. И это не
– Попался! Как же легко тебя разыграть… – она перевела дыхание, – Боже, ну как же можно было на это попасться, ты прямо такой заботливый, с ума сойти! Алиса бы многое отдала, чтобы посмеяться со мной… жаль она этого не увидит!
Я лёг обратно в кровать и смотрел в потолок. На глазах навернулись слёзы, но я молчал, хотя хотелось кричать от боли.
Зачем она так со мной? Зачем? Да, моя любовь ей кажется смешной, но зачем издеваться над моим горем? Я потерял смысл жизни, а она хочет свести меня с ума.
Лучше б убила. Или дала умереть, когда я всё так хорошо спланировал.
–
– Ты шуток не понимаешь? Расслабься, осталось каких-то пять дней до казни, потом я тебя уже не разыграю, – как ни в чём ни бывало ответила она, напоминая, что я должен сделать по договору с Советом.
– Ты знаешь?
– Ну конечно.
