– А то, – соскакивая с места и хватая Глеба за плечи, забормотал я. – Я видел его, видел, ясно? Он подвез меня до деревни на своей старой кляче, он разговаривал со мной, отвечал на вопросы… Я же говорил, что видел ребенка! Это призраки… Призраки!
– Так, – оборвал меня Глеб, усаживая обратно на кровать, – давай по порядку. О чем речь?
Пришлось рассказать ребятам все, что я успел увидеть и услышать в Гнезде. Я начал с самого начала, вспомнил каждую деталь с момента встречи с Федькой, не забыл упомянуть похищение, попытку бегства из деревни, поход в баню и ребенка-привидение. Я нес все, что приходило в голову, путался, запинался, возвращался к пропущенным деталям пазла и снова пытался изложить свои мысли. В моем рассказе все события сплелись в один невразумительный комок. Показалось даже, что меня начало лихорадить.
– Это… это…
– Успокойся, – тихонько похлопав меня по спине, попросила Зоя.
– Вы мне верите? – с дрожью в голосе спросил я. Мне сейчас очень нужна была поддержка. Я никогда не считал себя трусом, но не мог привыкнуть к паранормальным явлениям этой проклятой деревни. – Верите?
– Думаю, врать ты не стал бы, – присаживаясь рядом со мной, ответил Глеб. – Уж в призраков-то я могу поверить…
– Правда?! – ахнули мы с Зоей, переглянулись и снова уставились на Глеба.
– Правда. Ты, Зоя, не особо прониклась моей находкой, – он кивнул в сторону коробки, – а вот я изучил ее содержимое вдоль и поперек.
Парень принялся доставать бумаги со дна картонки. Несколько минут в комнате царила полнейшая тишина, нарушаемая только галдежом в гостиной.
– Вот. – Глеб протянул мне клочок пожелтевшей бумаги. – Это письмо. Может быть, и не такое странное, как все остальные, но, думаю, в нем должна быть подсказка.
– С чего ты взял? – хмыкнула Зоя.
Она смотрела на находки, не скрывая недоверия.
– А вот сейчас и узнаем. Читай вслух, Слав.
Я осторожно взял листок. Он был исписан с обеих сторон тонким, размашистым почерком. На пожелтевшей бумаге чернила, казалось, отливали зеленым, где-то проступали пятна то ли от чая, то ли от слез… Я принялся читать.
Я оторвал взгляд от записей и опасливо посмотрел на ребят. Руки дрожали, на ладонях выступил липкий пот, а внутри все холодело от страха. Глеб понимающе кивнул, и я продолжил:
