– А помыться ты, наверное, можешь у Глеба. – Зоя многозначительно посмотрела на меня. – У него дома есть душевая кабина.
На появление незваных гостей Глеб отреагировал совершенно буднично. Поздоровался, пытаясь заглотить бутерброд, который, видимо, жевал всухомятку, жестом пригласил нас в дом и удалился в свою комнату в поисках чистой одежды и полотенца. Знал бы я, что в этой глухомани есть такие высокие технологии, как нормальный душ, приготовился бы заранее.
Дом Глеба хоть и выглядел снаружи как обычный деревенский, но внутри не уступал всем стандартам городской квартиры. На ровных стенах – однотонные обои, над головой – натяжные потолки, комнаты обставлены хорошей мебелью и техникой. В светлой, просторной гостиной на стене висел большой жидкокристаллический телевизор, а на полочке под ним – я почти поверил в Господа Бога – четвертая Sony PlayStation.
– Боже мой! – воскликнул я, увидев после царского убранства комнат душевую кабину и унитаз в уборной. – Я сплю? Не щипайте меня, если я сплю!
– Ну и клоун же ты, – ухмыльнулась Зоя.
– Да откуда у его предков это все? – не унимался я. – Они что, нефтью торгуют?
– Подобная «роскошь» есть у многих в деревне, – невозмутимо ответил вошедший Глеб. – До айфонов нам, конечно, далеко, но телик можем себе позволить. Все привозят на заказ.
– Не такие уж вы и застрявшие во времени, да?
– Просто ты, как и я, живешь в доме старого человека, – улыбнулась Зоя, – а все старики, как правило, застревают во времени.
– Можно делать неплохие деньги, продавая мясо, молоко и яйца, – дожевывая, сообщил Глеб. – А у родителей, между прочим, свое хозяйство. Я так задалбываюсь, убирая дерьмо за свиньями, что мама сама предложила купить мне приставку.
– Приставка – огонь, – одобрительно кивнул я. – А вот по твоей шестерке так и не скажешь, что деньги у вас имеются.
– Машина – это не предмет роскоши, а рабочая лошадка. Так батя говорит.
Мне не терпелось быстрее забраться под теплый поток воды, так что я не стал продолжать разговор. Думал, что первый раз после приезда в Воронье Гнездо наконец-то помоюсь по-человечески, но не тут-то было. Напор в душевой кабине был настолько слабый, что я успел подремать, пока вода смывала с меня остатки мыла.
Пока я обсыхал и лечился приготовленным Глебом чаем с медом и лимоном, мы зарубились в Mortal Kombat. Глеб оказался достойным противником, так что мне снова пришлось попотеть, чтобы выиграть.
– Что будем делать теперь? – спросил Глеб, пока я старательно пытался сделать серию ударов в игре. – Как искать другие отпечатки?
– Ума не приложу, – признался я. – Они ничем не отличаются от живых людей.
– А мне и первого раза хватило, – подала голос Зоя. – Не очень-то хочется продолжать заниматься подобным… Еще и Толстый, идиот, нервы потрепал.
– Согласен, – кивнул Глеб. – Но отпечатки – наша единственная зацепка. К тому же мы делаем доброе дело, так?
– Вроде бы так, – вздохнула Зоя.
– На! – Я в роли Скорпиона сделал бруталити Сабзиро, тем самым выиграв у Глеба.
Мы отложили геймпады, и оба сделали серьезные физиономии.
– Мне думается, надо наведаться в дом Федора Ильича.
– Зачем это еще? – испуганно прошептала Зоя.
– Просто я больше не знаю, где искать.
– И я тоже, – согласился Глеб.
Страха перед домом Федора Ильича у меня не было, но вот болото, находившееся в максимальной близости от ветхого жилья, нагоняло жуть. Взволнованный после красочной игры, я изъявил желание наведаться в избушку старика прямо в этот же день. Чувствовал себя прекрасно, да и до сумерек была еще куча времени. Глеб сказал, что ему предстоит уборка в свинарнике, а вот Зоя отвертеться не смогла.
– Если там что-нибудь случится, – сквозь зубы процедила девушка, – я тебя прибью!
– Ты идешь в дом с привидениями с лучшим парнем в деревне, – улыбнулся я. – Что может случиться?
Я шагал по узкой тропинке, ведущей от насыпной дороги к дому Федора Ильича, отгибал назойливые ветки ивняка и все больше приближался к ветхому строению. Зоя тащилась следом, ее лицо выражало ужас и отвращение одновременно. Я чувствовал себя настоящим мужчиной каждый раз, когда девушка, споткнувшись о корни или услышав шуршание ворон в гнездах, неловко цеплялась за рукав моего худи. Мне определенно нравилось такое положение вещей. К тому же в доме Федора Ильича я чувствовал себя словно в гостях у друга. Я был уверен, что это место не хранит в себе ни капли зла.
Пришлось потрудиться, чтобы открыть перекосившиеся деревянные ворота и убрать с лестницы старый хлам, заграждавший путь. В доме все так же пахло плесенью и пылью, отсыревшими книгами, разбросанными по прихожей, и грязным бельем, сваленным в одном углу кухни. Глядя на состояние дома теперь, я задался вопросом: почему объяснил беспорядок в жилище одиночеством Федора Ильича? Хотя что же еще мог выдать мозг? Уж точно не подозрение в том, что старик – неживой…
– Печальная картина, – подала голос Зоя, рассматривая интерьер. – И ощущение такое, будто на кладбище нахожусь…
– Да брось ты, обычный заброшенный дом. В вашей деревне с десяток таких.
