Размышляя над вопросами подобного рода, которые задает природа, я поднялся со своего гранитного ложа после двенадцатичасового бессонного отдыха. Беседуя со своими спутниками, я нашел их настолько очарованными местными условиями, что они снова и снова выражали желание остаться на Бэби Лэнд на зиму. Их основным интересом в жизни была охота, и у них созрели новые идеи, которые они хотели реализовать. Я мог их понять, поскольку эскимосы по натуре исследователи, способные фантазировать и изобретать. Они получают такое же удовольствие от создания нового приспособления для добычи животных, как поэт или художник от своего творчества. В свете новых проблем относительно будущего, которые нам предстояло решить, мы не могли здесь оставаться. Однако я не мог позволить себе обидеть своих помощников. Поэтому необходимо было предложить такой вариант путешествия, который бы соответствовал и их идеям. С этой целью я предложил перенести все наше снаряжение в некую точку в центре перешейка Бэби Лэнд, достаточно близко расположенную к покрытому снегом пути к проливу Джонс и в то же время оставляющую нам возможность зазимовать здесь. Этот замысел немедленно утвердили. В кратчайший срок согласовали план действий. Несколько часов было потрачено на объяснение маршрута, и затем все было готово, чтобы отправиться в новую землю надежды.
Песец
Мы уже знали, что единственный способ успешно путешествовать летом по арктическим землям – это иметь настолько легкое снаряжение, чтобы его можно было нести на плечах. Даже собаки, натренированные как носильщики, практически бесполезны на суше, поскольку им нужно корма больше, чем они могут нести. Там, где мало крупной дичи, собаки как вьючные животные неэффективны. Мы это часто обсуждали. В нашем отчаянном положении, когда необходимо было быстро передвигаться, мысль бросить все, кроме тюков за плечами, возникала ежедневно. В тех местах, куда мы шли, можно было спать на камнях, укрываться в пещерах и добывать в это время года достаточно мяса для себя, но не для собак. Если мы остановимся на долгую полярную ночь, то будем слишком далеко от людей, чтобы рассчитывать на их помощь. Зимовать без запаса шкур, топлива и мяса непросто. Находясь близко к морю, летом мы нуждались в лодке; зимой же не обойтись без нарт. Если мы хотим жить и намерены по-прежнему пребывать в атмосфере нынешней и будущей неопределенности, необходимо иметь при себе снаряжение и для наземного, и для морского путешествия. Иного выхода нет.
Хотя наше существование на море и на суше редко было безопасным, мы пережили все трудности настолько успешно, что, оглядываясь назад, считали тот образ жизни вполне естественным. Но то, что мы предпринимали сейчас, было весьма опасным отступлением от предыдущего опыта. На самом деле невыносимые трудности только начинались. Первый день пути вглубь острова со всем снаряжением был тяжелым. Тем не менее каждая пройденная миля приносила яркие впечатления. Местность была красивой и удобной для передвижения. Двигаясь зигзагами от мшистых склонов к поросшим травой равнинам через скалистые волоки, мы оставляли позади небольшие озера, наполняемые журчащими ручьями с чистой ледяной водой, узкие полоски зелени в долинах, любовались неземной красотой мшистых, травянистых «ямочек» и своеобразным великолепием нашей любимой Бэби Лэнд. Впереди все это постепенно тускнело. Мы как бы входили в туман. По мере нашего подъема растений становилось все меньше и меньше, встречались лишь отдельные пятна зелени, но здесь мостами через каменистые низины служили старые снежные сугробы. Груз был упакован таким образом, что можно было быстро снять основные тяжести с нарт и нести все на спине, пока собаки перетащат легкие нарты по траве или каменистому грунту; поэтому мы двигались медленно, но уверенно – туда, где лежали вечные снега.
В середине дня мы остановились отдохнуть рядом с небольшим чистым озерком, в котором увидели несколько форелей. За час с помощью изготовленных копий и сетей мы поймали семь рыб весьма приличного размера. Невдалеке были заросли ивняка, необычно крупного для этих мест. Несколько стволов были толщиной в полдюйма и высотой в ярд. Для нас это был целый лес дров. Мы поджарили несколько рыбин и съели без соли и специй. Ни один обед из трех блюд не был бы более полным. Как же хорошо постучать, потереть и пощипать живот, наполненный свежей рыбой! Собаки получили все остатки, и их радость была не меньше нашей. Слишком отяжелев от обильной пищи, они не могли кататься по земле, чтобы выразить свое веселье, и просто затеяли свалку, наслаждаясь вновь обретенной силой.
