– Да, это сказала моя мать. Принесешь еще один, мами?
Он протянул стакан, Деде покорно направилась к контейнеру для льда в глубине дома и там залилась слезами. Она хотела услышать от него, что он
И в тот день, увидев, что три ее сестры идут по тропинке к ее дому, она почувствовала чистый ужас. Ей казалось, что к ней приближаются три мойры с ножницами наготове, чтобы перерезать нить, удерживавшую жизнь Деде от того, чтобы развалиться на части.
Она знала, зачем они пришли.
Той осенью к ней со странной просьбой обратилась Патрия. Можно ли закопать несколько ящиков в одной из рощ какао-деревьев позади их старого дома?
Деде удивилась.
– Но зачем, Патрия? Кто тебя надоумил?
Патрия казалась озадаченной.
– Мы все замешаны, если ты это имеешь в виду. Но я говорю за себя.
– Понятно, – отрезала Деде, но на самом деле ей было понятно только то, что за всем этим стоит Минерва. Минерва вела подрывную деятельность. Не было никаких сомнений: она послала вместо себя Патрию, потому что они с Деде не особо ладили. С тех пор как они открыто конфликтовали – неужели со времен Лио? – прошло уже много лет, но в последнее время их горячие перепалки возобновились.
Что могла ответить Деде? Ей нужно было сначала поговорить с Хаймито. Патрия разочарованно посмотрела на нее, и Деде ушла в глубокую оборону.
– А что? Прикажешь мне прыгать через голову Хаймито? Сам Бог велел сперва у него спросить. Это он работает на земле, он в ответе за это место.
– Неужели ты не можешь сама решить, а потом сообщить ему? – Деде уставилась на сестру, не веря своим ушам. – Лично я так и сделала, – продолжала Патрия. – Я вступила в группу, а потом уговорила Педро поддержать меня.
– Ну что поделать, у меня совсем другой брак, – сказала Деде и улыбнулась, чтобы это не прозвучало слишком заносчиво.
– А какой у тебя брак? – Патрия смотрела на Деде с той нежностью, которая всегда трогала за душу. Деде отвела взгляд. – Просто ты сама не своя, – продолжала Патрия, протягивая руку сестре. – Ты кажешься какой-то… не знаю… отрешенной. Что-то случилось?
Именно взволнованный тон Патрии, а не сам ее вопрос, позволил Деде снова ощутить в себе утраченную способность отдавать
Стоя там, перед сестрой, она не смогла с собой совладать. Мисс Улыбка попыталась ответить сестре одной из своих смелых улыбок, но вместо этого горько заплакала.
После встречи с Патрией Деде действительно поговорила с Хаймито. Как она и предполагала, он ответил решительным отказом. Но она и предположить не могла, что он разозлится на нее за то, что она вообще согласилась обдумать эту просьбу. Сестрам Мирабаль нравилось понукать своими мужчинами, вот в чем проблема. Но в его доме носит брюки только он.
– Поклянись, что будешь держаться от них на расстоянии!
Обычно, когда они ссорились, он просто повышал голос. Но в тот вечер он схватил ее за запястья и толкнул на постель – исключительно для того, как утверждал позднее, чтобы привести ее в чувство.
– Поклянись!
Теперь, оглядываясь назад, Деде задает себе тот же вопрос, который адресовала ей Мину: почему? Почему она не поехала с сестрами? Ей было всего тридцать четыре. Она могла начать новую жизнь. Но нет, напоминает она себе. Она бы ничего не начала сначала. Она бы погибла вместе с ними на той пустынной горной дороге.
В ту ночь, когда у нее в ушах еще звучали крики Хаймито, Деде была готова рискнуть своей жизнью. Но она никак не могла поставить на карту свой брак. Всю свою жизнь она была послушным средним ребенком и не привыкла принимать решения самостоятельно. Рядом с альтом она пела альтом, рядом с сопрано – сопрано. Вечная мисс Улыбка, веселая, уступчивая. Она связала жизнь с властным мужчиной и поэтому решительно отказывалась от испытаний, к которым подстрекали ее сестры.
Деде отправила Патрии записку: «Прости меня. Хаймито сказал нет».
Несколько недель после этого она избегала своих сестер.
И вот они были у нее, все трое, как отряд, подоспевший, чтобы ее спасти.
Когда Деде встала, чтобы поздороваться с ними, сердце у нее выпрыгивало из груди.
– Я так рада вас видеть! – улыбалась она: мисс Улыбка,
