– У меня есть предложение, compadre[186], – сказал Маноло. – Почему бы вам не отпраздновать годовщину свадьбы в каком-нибудь приятном месте?
– Мальчики болеют, – сказала Деде неуверенно.
– Я уверен, бабушка прекрасно о них позаботится, – с улыбкой ответил Маноло. – Может, вам съездить… где у вас был медовый месяц? В Харабакоа?
– Нет, в Рио-Сан-Хуане, – сказал Хаймито, вникая в предложение.
– Это мы ездили в Харабакоа, – напомнила Маноло Минерва натянутым тоном, который так и намекал, что она не одобряет предложенное им примирение. Ее сестре было бы лучше одной.
– Говорят, в Рио-Сан-Хуане есть прекрасный новый отель, – продолжал Маноло. – В каждом номере балкон, все номера с видом на море.
– Я слышал, цены там вполне сносные, – подхватил Хаймито. Эти двое будто работали над новой сделкой.
– Так что скажете? – спросил Маноло. Ни Хаймито, ни Деде не ответили. – Тогда решено, – подытожил Маноло, но, будто распознав в их молчании нерешительность, продолжил говорить: – Слушайте, у всех бывают трудности. Мы с Минервой тоже переживали непростые времена. Главное – выносить уроки из таких кризисов, как этот, и становиться ближе. Правильно я говорю, mi amor[187]?
Минерва все еще находилась в глубокой обороне.
– Некоторые люди просто никогда не смогут сойтись во взглядах.
Ее слова будто прорвали плотину, хотя, возможно, она совсем на это не рассчитывала. Желание Хаймито доказать, что он прав, вновь пробудилось.
– Мы с Деде идеально сходимся во взглядах! Проблема в том, что ее сбивают с толку другие.
Проблема в том, что я открываю глаза и вижу все сама думала Деде. Но она была слишком потрясена событиями ночи и долгой недели, проведенной в нерешительности, и не могла с ним спорить.
Так и вышло, что выходные, которые должны были стать переломным моментом в жизни Деде, превратились в путешествие по реке памяти на взятой напрокат лодке. Хаймито греб, заплывая в знаменитые лагуны, которые они посещали много лет назад, в медовый месяц; останавливаясь, чтобы указать веслом на болота с мангровыми зарослями, где индейцы таино когда-то ловили рыбу, а потом скрывались от испанцев. Неужели она забыла, как он говорил то же самое одиннадцать лет назад?
А ночью, сидя на балконе их гостиничного номера в объятиях Хаймито, который шептал ей на ухо обещания, Деде смотрела на звезды. Недавно она прочитала в Vanidades, что свет звезд добирается до Земли годами. Звезда, свет которой она сейчас видела, могла погаснуть много лет назад. Какое тогда утешение в том, чтобы их считать? Если в тот момент, когда она находила в этом темном небе созвездие Овна, половина его сияющего рога могла уже давно кануть в небытие?
Все это ложные надежды, подумала Деде. Уж лучше бы ночью царила кромешная тьма! Но даже это мрачное пожелание она загадала одной из звезд на небе.
Аресты начались к концу следующей недели.
Рано утром в субботу Хаймито отвез Деде с двумя младшими сыновьями к ее матери. Та попросила Деде помочь ей посадить молочай – так она сказала, но Деде знала, чего на самом деле хотела мама. Она волновалась за дочь из-за ее панического визита неделю назад. Мама не задавала Деде никаких вопросов – она всегда говорила, что то, что происходило в семейной жизни дочерей, ее не касалось. Просто наблюдая, как Деде управляется с маленькими саженцами, мама узнавала, что у дочери на сердце.
Пока Деде шла по подъездной дорожке, оглядываясь по сторонам и оценивая, что еще нужно сделать во дворе, мальчики наперегонки мчались к двери. Утренняя тишина дома поглотила их. Деде показалось странным, что мама не вышла ее поприветствовать. Потом Деде заметила, что на заднем дворе собралась прислуга. Тут от остальных отделилась Тоно и быстрым шагом направилась к ней. На ее лице было тягостное выражение, с которым обычно собираются сообщать плохие новости.
– Что такое, Тоно, говори же! – Деде обнаружила, что вцепилась женщине в локоть.
– Дона Леандро арестовали.
– Его одного?
Тоно кивнула. К своему стыду, прежде чем испугаться за Леандро, в глубине души Деде ощутила благодарность за то, что ее сестры не пострадали.
Войдя в дом, Деде увидела Марию Тересу, которая сидела на диване, расплетая и заплетая косу, с лицом, распухшим от слез. Рядом стояла мама и твердила ей, что все будет хорошо. По привычке Деде оглядела комнату в поисках мальчиков и услышала их голоса из спальни, где они играли с малышкой Жаклин.
– Она только что приехала, – сказала мама. – Я собиралась послать за тобой.
В районе, где находился старый дом, не было телефонных линий – это стало одной из причин, по которым мама переехала на главную улицу. Деде села на диван. Когда она чего-то боялась, ее всегда подводили колени.
– Что случилось?
