Если человеку нужен знак вселенной, чтобы принять какое-то важное решение, то он видит их в любой мелочи. Я увидела свой знак. Я и Хэм были несовместимы на всех возможных уровнях отношений. Он и сам чувствовал это в глубине подсознания, потому и позволял девушке из своей среды вертеться вокруг. Поэтому не давал мне рассказывать о родителях, которые владели всего лишь цветочным магазином, а не компанией по производству чего-то прибыльного и загрязняющего планету. Поэтому он не торопился покончить с работой и вернуться домой. В уравнении наших отношений было слишком много переменных, а я не хотела быть одной из них. Я хотела быть решением.
Не дожидаясь, пока меня заметят, я развернулась и быстрым шагом – насколько могли позволить высокие каблуки и путающаяся юбка – вышла из бальной залы. Я хватала воздух большими глотками, и он гирями давил на легкие. Было ошибкой ехать сюда. Было ошибкой встречаться с Хэмом. Он покорил меня своей красотой, богатством и ухаживаниями, потому что никогда красивые и богатые мужчины не ухаживали за мной. Но теперь я понимала, что мне это не нужно. Мне нужен тот, кто будет помнить про мой любимый торт, менять планы ради встреч со мной и дарить нелепые блокноты с помпонами.
Господи, опять я мысленно возвращалась к Джейку. И сейчас мне захотелось променять дорогущее платье на пару джинсов, а игристое вино – на чашку кофе в кафе «Кармел».
Сзади послышались шаги, и на секунду мне показалось, что это Хэм выбежал за мной, чтобы извиниться, сказать, что все будет по-другому, что нет никаких знаков, и он будет бороться за меня.
Но меня окликнул совсем не мужской голос. Высокий, слегка писклявый. Девушка нагнала меня в коридоре и сложила руки на груди.
– Тиффани?
– Послушай, – спокойно сказала она. – Мы обе понимаем, что у вас с Хэмом несерьезно.
Буквально минуту назад я думала о том же, но, когда эта лиса ткнула меня в мои же мысли носом, мне захотелось защитить себя и Хэма.
– С чего ты взяла?
– Да брось. Половину вечера он болтает со мной, пока ты сидишь в своем углу. Думаю, что он наигрался и скоро поймет, что ты ему неинтересна.
– А я думаю, что это не твое собачье дело.
Едкая ухмылка превратила миловидное лицо Тиффани в звериную морду.
– Пока что. Давай немного подождем. Вот увидишь, Хэм бросит тебя и прибежит назад ко мне. А я, поверь, умею ждать.
– Тогда ждать тебе придется очень долго, – процедила я.
– Не так и долго, если вспомнить, как мы с ним похожи. Оба из хороших семей, оба богаты и красивы. – Хоть я и понимала, что Тиффани лишь лает, но не собирается кусать, каждое ее слово выбивало почву из-под ног, и я проваливалась все глубже и глубже. – А какое свидание у нас было! Могу поспорить, для тебя никто такого не устраивал.
Пришел черед мне ухмыляться. Тиффани сама предоставила мне шанс отыграться. Я сделала два шага к ней, чтобы она видела мое уверенное лицо, когда я ей сказала:
– А ты знаешь, что Хэм ничего из этого не организовывал? Ему было плевать на тебя, но он пытался выслужиться перед вашими папочками.
Глазки Тиффани сузились. Она пыталась найти причину, по которой не станет мне верить.
– Хэму было настолько все равно, что он поручил мне сводить тебя на такое свидание, на котором поймет, какая ты пустышка. Да, да, – победоносно кивнула я. – Ты ведь слышала, с кем я работаю? С Лидией Вэндалл в date-агентстве «Время любви». Хэм не старался тебя впечатлить и пальцем не ударил, чтобы сводить тебя на идеальное свидание. А меня он водил.
Я добилась своего, и мне не было стыдно, что я опустилась до Тиффани. Ее ноздри вздулись, как живот после застолья, глаза налились яростью, а скулы заиграли в злобные игры. Я собиралась было уйти, но в отместку Тиффани окликнула меня и нанесла последний удар:
– Тогда с чего ты взяла, что все ваши идеальные свидания не организовал кто-то другой? Могу поспорить, что Хэм нанял какого-то простофилю вроде тебя, чтобы затянуть тебя в койку. И… – Она хищно улыбнулась. – У него это получилось.
И она развернулась на своих шпильках, оставив меня в полном разгроме. Хотелось догнать ее и помотать за волосы, чтобы ее идеальная прическа-ракушка рассыпалась, как конфетти. Но еще больше хотелось не верить ее словам. Но я поверила. Ведь и так уже знала, что сюрприз-вечеринку готовил не он. А что, если и все остальные наши суперсвидания были делом рук другого человека? Хэм пошел на хитрость, чтобы добиться меня, заставил поверить, что мы с ним родственные души, что он тонко чувствует мои желания и запоминает все, что я говорю. Но все было враньем. Он просто нанял кого-то, чтобы не марать руки самому. Когда бы он занимался организацией, если все время работал?
Мне стало так обидно, так больно. Слезы набежали на глаза, но мне было плевать на макияж. Поскорее бы убраться отсюда. Я поспешила к выходу из отеля, на ходу открывая «Убер». Экран ослепил меня, а выступившие слезы размыли обзор, и я врезалась в кого-то так сильно, что выронила телефон.
– Мисс Холлбрук! – просияла жертва столкновения.
– Боже, Рей! Вы не представляете, как я рада вас видеть.
