Я попыталась незаметно вытереть слезы, но от орлиного глаза Рея Демарио ничего не укрылось.
– Вы расстроены, Холли. Что произошло?
– Ничего особенного. Просто реальность в глаз попала, – жалко усмехнулась я.
– Сдается мне, вас снова нужно спасать. Идемте. Я отвезу вас домой.
– Но вы ведь на службе. Вряд ли мистер Блумдейл обрадуется, если ему понадобится водитель, а вас не будет на месте. Не хочу, чтобы у вас были проблемы.
– Мистер Блумдейл последний человек в этом здании, чье мнение меня интересует, – тепло улыбнулся Рей, подхватывая меня под локоть. Вот он, мой галантный кавалер, которого так не хватало в начале вечера.
– Но если вы потеряете работу? – испугалась я.
– Есть вещи куда важнее работы.
Вот чего мне хотелось от Хэма. Чтобы, если он увидит меня плачущей, он бросил все на свете и поддержал за руку.
Рей подогнал черный «Мерседес» мистера Блумдейла, помог мне затолкать юбку в салон и тронулся. Было непривычно ехать впереди и уж тем более в машине отца Хэма. У нас могут быть серьезные неприятности, но нам обоим было плевать. Стивен Блумдейл мог держать в страхе половину Сан-Франциско, но, когда рядом с тобой верный друг, никакой Стивен Блумдейл тебе не страшен.
Хэм хватился меня через пять минут и стал засыпать звонками. Не сумев дозвониться, завалил сообщениями с кричащими вопросами, все ли со мной хорошо и куда я пропала. Не стоило сбегать вот так, без предупреждения, как Золушка перед последним ударом часов. Как бы я ни злилась на него, но нельзя заставлять его волноваться.
В ответ пришло мгновенное:
И я отключила мобильный, чтобы навязчивое присутствие Хэма не добило меня окончательно.
– Поссорились со своим молодым человеком? – спросил Рей, когда молчание стало слишком громким.
– Можно сказать и так.
– Напортачил?
– Скорее напортачила я, – горько подметила я. – Мои родители не богаты, я не заведую косметической компанией и одеваюсь на распродажах. Я всего лишь какой-то date-менеджер.
И тут меня осенило. Рей пустился в утешения, но я не слышала его слов. Date-менеджер. Почему до меня дошло только сейчас, когда я произнесла это вслух? Тиффани говорила о ком-то вроде меня, кто организовал все наши свидания с Хэмом.
И я догадалась, кто это.
– Рей, не могли бы вы развернуться?
– Вы хотите вернуться на вечеринку?
– Нет. Нужно заехать в одно место.
Два месяца назад я бы не осмелилась сделать нечто подобное. Отправиться в гости без приглашения в пышном платье, в котором сбежала с бала. Я выглядела как цветастый бант, прилепленный не к месту, и все прохожие считали точно так же. Если бы я не была слишком поглощена мыслями, если бы сердце так бойко не отплясывало под атласом тугого лифа, я бы заскромничала под их смешливыми взглядами.
Рей обещал дождаться в машине, рискуя попасть в опалу у босса, если тот вздумает так же, как я, сбежать с собственной вечеринки и умчаться на своем «Мерседесе» от праздничной суеты. Я же поднялась на третий этаж простенького невысокого дома по Бенито-авеню – адрес несложно было разузнать, ведь на втором месяце стажеры получают доступ к базе «Времени любви». Я влезла в нее по пути сюда, чувствуя себя отъявленным хакером, нарушающим закон.
Звонка не было, что напомнило мне о той сомнительной квартирке в Портоле, которую я снимала у миссис Саммер всего два месяца назад. А кажется, что в прошлой жизни. Мое платье от «Элли Сааб» придирчиво на это намекало.
Кулак еле слышно постучал в дверь, а тело замерло. За тонкими стенами послышался рокот босых шагов, я физически ощутила, как рука по ту сторону двери, берется за ручку. Яркий свет из квартиры ударил в лицо, как Майк Тайсон, – резко, до лопающихся звездочек перед глазами.
– Холли?
Джейк Руссо вытаращился на меня, не ожидая увидеть на своем пороге диву в алых юбках. И уж точно не ожидая увидеть меня.
– Вау, – озвучил он свои впечатления. – Ты… ты просто шикарно выглядишь. Неужели я пропустил приглашение на бал?
Но мое серьезное лицо вразумило его, что мне сейчас не до шуток.
– Нам нужно поговорить, – сказала я и без приглашения вошла в квартиру. Да, из меня выйдет ужасная принцесса, с учетом того, сколько правил этикета я сегодня нарушила.
– Звучит страшно. Обычно так говорят парням, если хотят расстаться.
Обычно люди шутят, чтобы скрыть волнение. Я успела познать эту истину за время жизни в Сан-Франциско.