– Да потому что ты стала обузой! Преградой, которую не перепрыгнуть. Когда тебя подкинули мне под крыло, как беспомощного птенца, я думала, что ты через неделю сломаешься и сама уволишься. Но ты оказалась крепким орешком. Не знаю, как у тебя все получалось, но ты нравилась клиентам, нравилась Лидии. Я полтора года пашу без выходных, без личной жизни и вообще какой-либо жизни, только бы Лидия заметила мои старания, только бы стать лучшей. И тут появляешься ты, глупая стажерка, которую называют лучшей вместо меня. «Ни один стажер за всю историю»… – скривившись, повторила она выученные наизусть слова Лидии. – Все эти полтора года
Это все объясняло. Я смотрела на Джессику и видела разъяренную женщину, которая променяла все прелести жизни на работу, но не получила за это ничего. Только меня, «глупую стажерку», что отобрала у нее первенство, ее место на престоле.
– И ты захотела убрать меня с дороги. Сплетничала с остальными за моей спиной, отменяла брони, прикрывалась Шейлой… соврала Лидии, что я нарушила устав.
– Ну уж нет. В этом ты сама постаралась. В уставе черным по белому написано не разглашать «объекту», что свидания организовывает date-менеджер, и не вступать в отношения с клиентом. Но ты умудрилась сделать и то, и другое. Мой план сработал даже лучше, чем я надеялась. Хотя чему я удивляюсь. Ведь ты глупая стажерка.
И Джессика с видом победительницы ушла к себе в кабинет, оставив меня в коридоре хватать ртом воздух и переваривать все то, что она рассказала. Глаза заволокло туманом, пульс ускорился, к груди подкатывала паническая атака, в десятки раз сильнее предыдущей. Кое-как я добралась до туалета и закрылась. Оперлась руками на раковину и пыталась дышать ровнее, чтобы голова не закружилась от нехватки воздуха. Ощущения были такие, что мне грозит сердечный приступ. Пятна пота проступили под мышками тонкой блузки – зря я надела утром цветной верх. Пудра потекла, лицо покрылось жирным блеском, а руки ходили ходуном, как в припадке.
Через какое-то время кто-то подергал ручку, чтобы воспользоваться уборной. Ушел, потому что было занято. Через пять минут постучали, но я не ответила. Через еще десять попытались взять туалет штурмом, думая, что дверь захлопнулась, потому что я не подавала никаких звуков. Через полчаса я смогла восстановить дыхание и сердцебиение, протерла лицо влажной салфеткой и выползла на свет божий. Не видела рассерженных взглядов девочек, которые явно были в курсе моего проступка, не услышала обеспокоенного оклика Пенни. Просто ушла и даже не вызвала такси.
Как бы хотелось оказаться где-нибудь на севере, в Миннесоте, Монтане или вообще в Онтарио, где дуют ледяные ветра. Они бы охладили мою горячую голову и быстрее привели в чувство. Но мне пришлось тащиться пешком под знойным обеденным солнцем Сан-Франциско до самого дома.
Теперь все встало на свои места. Шейле не нужно было залезать в компьютер Джессики, чтобы узнать детали моих свиданий. Потому что она этого не делала. Единственная провинность на ее счету – переманивание Регины Локвуд, но та и так была готова обратиться к другому date-менеджеру, так что все по-честному. Это Джессика каждую неделю получала отчеты о моих клиентах, я сама вручила ей памятку, как подставить меня. Она и не думала учить меня – только выкинуть прочь из «Времени любви», чтобы снова стать лучшей, как она сказала. А я-то думала, что она на моей стороне. Кому вообще можно верить?
Шейла пострадала по моей вине. Может, она не была ангелом во плоти, но и не была тем дьяволом, что я обрисовала Лидии. Как же я виновата! Но карма всегда берет свое. И теперь я могу последовать вслед за Шейлой. Сегодня моя судьба решится. В шесть часов вечера сотрудники «Времени любви» проголосуют, оставить меня в своих рядах или нет. И что-то подсказывало мне, что пора паковать вещи.
Я никак не могла взять в толк, о каких нарушениях говорили Лидия и Джессика. Отношения с клиентом? Я встречалась с Хэмом – впрочем, и это уже стояло на повестке дня под знаком огромного вопроса, – но он не был моим клиентом, когда я согласилась на свидание. Может, для Лидии это не имеет значения? Если имя Хэммонда Блумдейла числилось в списках клиентов компании, значит, я не имела права встречаться с ним.
А разглашение? Я никому не рассказывала о том, что свидания организовывает сторонняя компания, а не сам клиент. Только Дейзи. Это же понятно, что я не стану хранить полное молчание. Но она бы не проболталась. В этом нет никаких сомнений.
Пытаясь разобраться, кто мог настучать на меня Лидии, я все время возвращалась лишь к одному человеку.
Джейк Руссо.
Он знал, что я встречаюсь с Хэмом, так как сам организовывал нам свидания. Он знал, что я рассказываю подруге о своей работе, так как я сама упоминала это во время наших «кофепитий». И у него был веский мотив сообщить все это начальству. Нарушение устава карается увольнением. Не будет меня – не будет препятствия для получения работы.
