И ушла. Бегло приняла слова утешения от Пенни и покинула здание. Вечер пропитался приятной прохладой и моим разочарованием. Во «Времени любви», в этом городе, в людях. Сколько раз меня еще будут макать головой в дерьмо, прежде чем я опущу руки. Прежде, чем я сдамся.
Я плелась вдоль красочных домиков и современных офисных зданий, пока не начало смеркаться. Туфли натирали мозоли, зачем я только их напялила? Не думала, что придется идти пешком несколько миль, но мне нужно было надышаться свежим воздухом, пока грудь снова не сдавит удушье.
Дейзи была в своей комнате и снова заигрывала с телефоном. Она окликнула меня, когда услышала хлопок входной двери, но у меня не было сил ответить. Я сделала то, что и всегда делала Холли Холлбрук. Заползла в свою нору и спряталась от большого, страшного мира. Мама обрадуется, когда узнает, что я готова ехать домой.
– Не могу поверить, что он так с тобой обошелся. – Дейзи гладила меня по голове и поносила Джейка на чем свет стоит. Музыка для ушей. – Вот подонок. Поверить не могу. Надеюсь, ты высказала ему все в лицо?
– Я просто ушла, – промямлила я, вспоминая вчерашний катаклизм.
Говорят, что утром мы смотрим на вещи под другим углом. Туман в голове проясняется, и все кажется не таким ужасным, как восемь часов назад. Но чуда не случилось. Я была так же подавлена, как и восемь часов назад. Встала ни свет ни заря и принялась греметь сковородкой на кухне, пытаясь выместить свою злость на оладьях с ягодами. Грохот вытащил Дейзи из постели быстрее, чем запах поджаренного теста. И вот мы, две израненные пташки в пижамах, забрались на барные стулья за кухонным столом, как на жердочки, и оплакивали очередную трагедию от рук мужчины над подгоревшими оладьями.
– Джейк трижды писал мне и пытался дозвониться. Я выключила телефон перед сном и увидела оповещения только утром.
– И что он хотел?
– Пытался узнать, что случилось. Просил объяснить, чем так обидел меня. Предложил встретиться, чтобы все обсудить.
– Вот наглец! У него еще духу хватило лезть к тебе после того, как предал.
Обугленный кусочек оладьи отправился в рот Дейзи, но она даже не заметила горького привкуса. В последнее время мы то и дело смаковали горечь и уже привыкли к ней.
– Давай не будем об этом, – попросила я, отодвигая тарелку в сторону. Есть совсем не хотелось. – Стажировка еще не окончена. У меня есть два месяца, чтобы обыграть Джейка и Шейлу и доказать всем, что я отличный работник.
– Вот и правильно. Будь это соревнование действительно честным, ты бы победила. Ну что такое? – спросила Дейзи, видя мои безжизненные глаза.
– Не знаю, просто… вчера я думала все бросить. Не ввязываться в эту войну и…
– И что? – испуганно вставила Дейзи.
– Уехать.
– Уехать в Модесто?!
– Я не подхожу для этой работы и для этого города, Дейз. Я проигрываю по всем фронтам.
– Но ты подходишь для меня и для этой квартиры. – Дейзи ласково потрепала меня по бедру, торчащему из-под пижамных шортиков. – Даже не думай стать частью моей жизни, а потом так безжалостно сбежать. Ты нужна мне, Холле. Мне и этому городу. А еще тем простофилям, которые без тебя даже не могут придумать, куда сводить девушку на свидание.
Я слабо улыбнулась. Только Дейзи могла поднять боевой дух несколькими предложениями. Это напомнило мне нашу первую встречу в «Фэнси», когда она применила этот «прием Дейзи», когда я рассказала о расставании с Нилом.
Непрошеная слеза скатилась по моей щеке и шлепнулась прямо в стакан апельсинового сока. Ну почему женщины такие плаксивые? Дейзи прижала меня к себе, как добрая тетушка, приехавшая в гости издалека, и снова стала гладить мои волосы. Блин, а это и правда помогает. Даже аппетит вернулся, и я сумела прожевать полтора оладушка и две ягодки алой малины.
– Вчера случилось еще кое-что… – раз уж мы перешли с грустного на менее грустное, решила сознаться я. Предвидя реакцию Дейзи, я заранее предупредила: – Только прошу, никаких визгов.
– Ты же меня знаешь!
– Поэтому и прошу!
– Ладно, ладно. Торжественно клянусь. – Дейзи театрально закатила глаза и поняла правую руку, словно приносила присягу на свидетельской скамье. – Выкладывай.
– Ну, в общем… Вчера я виделась с Хэммондом.
– И как прошло его свидание с Тиффани? – заинтригованно спросила Дейзи.
– Я его испортила.
– Ты что?
– И он позвал на свидание меня.
– Он что?!
– И я согласилась.
– Ты что! Охренеть можно! Ты меня разыгрываешь?
– Я похожа на клоуна?
– В этой пижаме да.
Дейзи получила от меня шлепок по заднице. Пусть знает, как издеваться над подругой.
– Мне нужно узнать подробности!
– Ну конечно. Как без этого. Хэммонд сказал что-то вроде, что я замечательная, невероятная, ему нравится, когда я рядом, и что он очень хочет увидеться со мной.
Дейзи схватила меня за руку, да так сильно, что кожу защипало. Она напыжилась, будто сейчас взорвется, вытаращила глаза и сомкнула губы так, что они побелели. Я прекрасно знала, что это значит. Она пыталась удержаться, чтобы не нарушить свою торжественную клятву.
– Ладно, валяй.
