— Да ничего она не знает. Ничегошеньки. Это обычная разводка. Всё это можно сказать любому человеку.
— Нет, в её словах слишком много правды. И потом, откуда она узнала, как меня зовут?
— Сказать, как она это узнала?
Артём с любопытством остановился.
— Вика с Максом были здесь до нас. Вся беседка пропахла Викиными духами, только я не сразу это поняла.
— Как? Они нас опередили?
— Да, но ненамного. Запах был очень сильный.
— Получается, это Макс ей про меня рассказал?
Я развернула его к себе.
— Не выдумывай. Её слова заготовка. Макс никогда бы не стал ничего про тебя рассказывать. Выкинь это всё из головы. Наверняка они просто упомянули нас. Возможно, спросили, не приходили ли мы или ещё что-то вроде того.
— Но ты сказала, что мне нужно вернуться.
— Артём! — я потрясла его за плечи. — Если бы я этого не пообещала, она не дала бы нам адрес.
— Витя, — он захлопал глазами и медленно улыбнулся. — Ты превзошла все мои ожидания.
На обратном пути, ещё в лесу, нас настиг дождь. Хлынул холодным проливным ливнем, застилая и заглушая всё вокруг. Прятаться под деревьями было бесполезно — лило отовсюду, и мы промокли насквозь за пару минут.
Вышли на асфальтированную дорогу и побрели в сторону поселка. Артём старательно подбадривал и даже пытался снова что-то петь, но мысли его всё ещё оставались в той беседке, и от этого получалось невесело, кроме моментов, когда вода попадала ему в рот, и он забавно отплёвывался и фыркал.
Однако, если бы не он, я бы чувствовала себя замерзшей, разбитой и несчастной, с непрекращающейся ноющей болью в натёртой ноге, но мне достаточно было просто видеть его, чтобы всё это отступало на второй план.
В этот раз нам повезло, и первая же проезжавшая в нашу сторону машина притормозила. Приятная пожилая пара. По виду дачники. Сразу сказали, что до поселка они не едут, но подбросить немного могут. Проехали совсем чуть-чуть, и я только начала согреваться, как пришлось уже вылезать.
Пока шли, холода не чувствовалось, а как выбрались из тёплого салона, машины пробил такой озноб, что аж зубы застучали. Артём попытался отдать мне джинсовку, но, промокнув насквозь, она никак не снималась с рукавов, тогда он накрыл меня её полой и крепко обнял за плечо.
В эту минуту я снова могла бы свалиться в обморок, однако уже совсем по другой причине. Как только он накинул на меня часть куртки, я развернулась и посмотрела на противоположную сторону дороги, туда, где находилась автобусная остановка.
На ней я отчетливо различила двоих. Девушка сидела на скамейке, а парень лежал у неё на коленях.
Вика увидела нас, а Макс не замечал, он что-то говорил и, пытаясь привлечь внимание, размахивал перед её лицом руками.
— Вон они, — прошептала я.
Артём резко обернулся.
Вика медленно встала, и Макс чуть было не скатился с её колен, а когда выпрямился, посмотрел в нашу сторону, будто не веря своим глазам, подошел к краю остановки. Вика тоже подошла. Они так сосредоточенно смотрели на нас сквозь потоки дождя, словно мы явились к ним из другой реальности.
Намереваясь подойти, Макс дернулся первым, но Вика схватила его за толстовку, сказала что-то, и он вернулся на лавку, а она сама решительно направилась к нам.
Вид у неё тоже был не самый лучший, но всё же не такой плачевный, как у нас. Мокрые волосы обвисли, от косметики не осталось и следа, с розового меха текли струи воды. Прекрасные карие глаза переполнял гнев, кончик носа чуть припух от слёз, на нижней губе образовалась трещинка, но у неё всё равно получалось выглядеть эффектно.
— Привет, — сказал с напускной беспечностью Артём. — Как дела?
От всего этого напряжения, возникшего на той стороне при виде нас, мне стало не по себе. Всё это время я верила, что нам достаточно встретиться, чтобы обняться и помириться. Но, похоже, я сильно заблуждалась.
Вика подошла ещё ближе, очень близко к Артёму, так, что ему пришлось убрать руку с моего плеча и сделать шаг назад. Весь её облик источал воинственность.
— Я тебя ненавижу, — заявила она с таким презрением, точно собиралась плюнуть в лицо. — И никогда не прощу.
— Тысячу раз слышал, — отмахнулся он. — У вас всех одинаковый словарный запас. Но с твоей стороны это наглость. У нас с тобой вообще ничего не было.
— Если ты ещё не понял, я — не все, и со мной эти игры не прокатывают.
— Очень страшно, — он состроил гримасу немого испуга. — Уже раскаиваюсь, что не прельстился твоими актёрскими талантами. Я что, первый такой? Поэтому ты так расстроилась?
— Ребят, пожалуйста, давайте помиримся.
Вика посмотрела на меня, как на пустое место, и продолжила.
— Короче, Макс к тебе больше не вернется. Ясно?
— Что значит “не вернется”? Где же он будет жить?
— Не твоё дело. Он всё вспомнил. Про тебя всё вспомнил и теперь тоже ненавидит.
— Что вспомнил? — Артём нахмурился.
— Считай, что это моя месть, — заявила Вика. — Очень приятная, сладкая месть. Потому что такие, как ты, заслуживают пожизненного, полного страданий одиночества.
Ничего не ответив, Артём начал её обходить, чтобы перейти на другую сторону к Максу, но Вика со злостью схватила его за футболку на груди.
