Я улыбнулась. Возможно, следовало спросить, насколько серьезно, но я побоялась, что он аннулирует приглашение, а потому подняла палец и сказала:
– Одну минуту. Вообще-то я подписывала Эймосу поздравительную открытку.
Роудс опустил свой чудный раздвоенный подбородок и снова принялся обозревать разруху в гараже. Все было
Я сосредоточилась на открытке и написала своему юному другу небольшое послание.
С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ, ЭЙМОС! Я так рада, что мы друзья! Лишь твое доброе сердце способно затмить твой талант! Обнимаю, Ора Р. S. Понос
Пусть это напомнит ему о моменте, с которого все началось. Ну, или о втором.
Я сунула купюры в сложенную открытку, посмотрела на своего домохозяина, который все это время стоял как вкопанный, и сказала:
– Я готова. Спасибо, что пригласили!
Пока мы шли бок о бок к дому, он поглядывал на меня.
– Как у вас день прошел, хорошо? – поинтересовалась я, косясь на него.
Он смотрел вперед. Брови были нахмурены, точно его что-то беспокоило.
– Нет. – Он тяжело вздохнул и покачал головой. – Когда я направлялся в офис, произошел несчастный случай с туристом и его маленькой дочерью.
– Они сильно пострадали?
Он кивнул, все так же глядя вперед остекленевшими глазами.
– Обоих пришлось отправлять в Денвер спасательным вертолетом.
– Это ужасно! Мне очень жаль…
Я легонько коснулась его локтя.
Он сглотнул. Казалось, даже не почувствовал моего прикосновения.
– Это ужас что такое! Надеюсь, у них все будет хорошо. Представляю, как тяжело такое наблюдать…
Он, сам того не замечая, стиснул руки, что-то представляя или думая бог знает о чем. Потом покачал головой и сказал обеспокоенным голосом, который тронул меня за душу и дал понять, насколько сильное впечатление произвело на него случившееся:
– Не могу отделаться от мысли, что это мог быть Эйм.
– Понимаю…
Он наконец посмотрел на меня все тем же остекленевшим взглядом, по-прежнему хмуря лоб.
– А еще у него день рождения, и от этого только хуже.
Я кивнула, не зная, как его ободрить или утешить. Поэтому помолчала секунду и сказала первое, что пришло в голову:
– А когда у вас день рождения?
Если вопрос его и удивил, то на лице это не отразилось.
– В марте.
– А какого числа?
– Четвертого.
– И сколько вам исполнится?
– Сорок три.
Сорок три. Я приподняла брови. Затем прикинула еще раз.
Если бы не седина, он казался бы моложе. Но, опять же, чтобы так круто выглядеть в сорок два, это еще пойди поищи! Так что все отлично.
– А вам сколько? – неожиданно спросил он. – Двадцать шесть?
Я усмехнулась в тот самый момент, когда он опустил взгляд.
– Тридцать три.
Он резко вскинул голову:
– Не может быть!
– Клянусь вам, – подмигнула я. – У вашего сына есть копия моих прав.
Серые глаза скользнули по моему лицу, а затем опустились чуть ниже. Морщины на лбу стали явственнее.
– Вам тридцать три?
Судя по голосу, он мне не верил.
– В мае будет тридцать четыре.
Он снова посмотрел на меня, и на этот раз его взгляд оставался на моей груди на секунду дольше. На очень долгую секунду. Хм…
Поднимаясь по ступенькам веранды и заходя в дом, мы не сказали ни слова. Джонни стоял на кухне с банкой пива, не отрывая глаз от телевизора. Эймос и Джеки сидели на диване и тоже смотрели телевизор. Шел какой-то боевик. На кухонном островке лежали три коробки пиццы.
Как только мы остановились в проеме между кухней и гостиной, все три головы повернулись, чтобы взглянуть на меня – и Роудса, само собой.
– Привет, именинник! – воскликнула я слегка смущенно, чего никак от себя не ожидала. – Привет, Джеки! Привет, Джонни!
– Привет, Ора! – отозвался парнишка.
Джонни тоже сказал «привет», а Джеки спрыгнула с дивана и подошла меня обнять.
Мы неплохо ладили, но никогда раньше она меня не обнимала – вероятно, из-за той неловкости. В обстановке тайн и вранья такое бывает.
Краем глаза я заметила, как Эймос поднялся с дивана и тоже движется в мою сторону – скорее покорно, чем с энтузиазмом. Медленно, но верно я завоевывала симпатию парнишки. Когда Джеки отошла, он улыбнулся мне краем рта – эту манеру явно перенял у отца – и сказал:
– Спасибо, что помогли с тортом!
– Пожалуйста! А теперь деньрожденные обнимашки?
Он ссутулил плечи, а я сделала шаг вперед и приобняла его. Он тоже поднял тонкие руки и осторожно, неловко похлопал меня по спине.
Он был такой лапушка!
Когда Эйм опустил руки, я вручила ему открытку.
– Ничего лучше не успела придумать. С днем рождения!
Он метнул взгляд на Джеки и лишь потом взял открытку, открыл и, увидев ее содержимое, поднял серые глаза. И удивил меня безмерно.
Он улыбнулся!
В этот момент я поняла, что, когда второй скачок роста останется позади, этот парень будет производить на окружающих такое же впечатление, как его отец.
