Сегодня, например, я должна была разучивать две новые пьесы для зимнего концерта, но лишь начинаю играть, как мысль об Элизе сдавливает мозг, в пух и прах разбивая концентрацию. В конце концов, четыре раза подряд перепутав все в довольно простом отрывке из Штрауса, я сдаюсь и иду к Элизе домой. Я редко появляюсь так неожиданно – обычно это привилегия Элизы.
С легким удивлением приподняв брови, она впускает меня в комнату и сразу же возвращается к тому, чем, по-видимому, занималась до моего прихода, – что-то лихорадочно царапает в альбоме для рисования.
– Что рисуешь? – спрашиваю я с беспечным видом.
– Придумала серию графических романов о девочке-подростке с робоглазом, который видит будущее, и обычным слепым глазом, который может распознавать присутствие злых духов.
Хочу просто сказать «круто» (потому что это и правда звучит довольно круто), но вместо этого неожиданно спрашиваю:
– Это потому, что Эрику нравится аниме?
Я видела на его рюкзаке нашивку в виде мультяшной девочки с огромными глазами, которая показалась мне странной и чересчур детской. Элиза бросает на меня сердитый взгляд:
– Нет, это потому, что я гениальная художница.
– Ладно. – Я обещаю себе больше не упоминать Эрика. – Как продвигается твой проект по истории?
– Э-э… – Элиза пожимает плечами, не отрывая глаз от листа бумаги. – Еще не начинала.
– Элиза! – не удержавшись, повышаю я голос. – Его же сдавать завтра!
Элиза прерывается и начинает копаться в своем рюкзаке, шурша какими-то смятыми бумажками на его дне.
– Нет, вот: эссе о пропаганде времен войны. Срок сдачи в четверг.
Она швыряет листок в мою сторону и снова берется за цветной карандаш. Да, действительно, срок сдачи только через день, но какая разница, я-то закончила свое эссе еще на прошлой неделе.
– Ты хочешь рассказать мне что-то интересное или просто пришла поиграть в полицию домашних заданий?
Мне жуть как неловко, и, раздумывая над тем, не стоит ли уйти, я наблюдаю за тем, как Элиза рисует. Замечаю взъерошенную прядь жирных волос. Похоже, она уже несколько дней не мыла голову.
– Мне кажется, Сергей хочет заняться со мной любовью, но не уверена, что тоже этого хочу, – выпаливаю я.
Элиза отрывает взгляд от страницы.
– Продолжай, – выговаривает она с забавным акцентом.
Я знала, что сказанное привлечет ее внимание, хотя это в лучшем случае небольшое преувеличение. Честно говоря, я до сих пор не до конца уверена в том, чего именно хочет от меня Сергей, поэтому общение с ним вызывает такой стресс. Я заметила, что во время репетиций он и виолончелистка за первым пультом всегда смеются и обмениваются какими-то бессловесными шутками прямо напротив дирижерского пульта мистера Хэллоуэя. У этой виолончелистки красивые рыжие волосы и огромная грудь, и я не понимаю, почему он не пытается ее заарканить. А может, уже пытался и потерпел неудачу?
– Он пытается уговорить меня встретиться на выходных. Не перед репетицией, а просто вместе провести время.
– И ты собираешься это сделать? – спрашивает Элиза. – В смысле заняться с ним любовью?
Я пожимаю плечами, давая понять, что эта идея витает в воздухе, хотя, по правде говоря, не могу представить, что такое произойдет на самом деле. Элиза вздыхает и откладывает карандаш, оглядывая меня с головы до ног.
– Давай посмотрим «Маленьких женщин» и сравним его с Лори, – предлагает она, и меня переполняет такое облегчение от нормальности этого предложения, что требуется вся моя сила воли, чтобы не броситься Элизе на шею.
Я отлыниваю от встречи с Сергеем на выходных, но, несмотря на отсутствие сходства между ним и Лори в исполнении Кристиана Бэйла, во время телефонного разговора соглашаюсь заехать куда-нибудь перед репетицией на следующей неделе, чтобы мы могли немного пообщаться. Я жду, что он снова предложит встретиться в какой-нибудь кафешке, но вместо этого Сергей называет торговый центр на окраине города.
– И еще. Я, конечно, спрашиваю не по какой-то конкретной причине, а так, для себя, – какие конфеты ты любишь?
– Ну… – бормочу я, на мгновение отвлекаясь на мысль о том, что Сергей – серийный убийца, пытающийся заманить меня неизвестно куда. – Наверное, драже «Дотс»?
– «Дотс»? Серьезно? Ну и выбор! «Дотс»! Боже милостивый! Что ж, не опаздывай и не надейся, что я поделюсь с тобой своим «Кит-Катом». – И он вешает трубку.
Когда я приезжаю, Сергей уже стоит перед кинотеатром с огромной пачкой «Дотс» и «Кит-Катом» исполинского размера в руках.
– Держи! – Он бросает их мне. – Спрячь в свою сумку.
– Ты доверяешь мне этот «Кит-Кат»? – интересуюсь я с невозмутимым видом и чувствую заряд радости, когда он смеется над моей шуткой.
– По понедельникам тут крутят классику, – объясняет он и покупает два билета на показ «В джазе только девушки, или Некоторые любят погорячее», который вот-вот начнется.
– У нас не хватит времени посмотреть его целиком, – протестую я, но Сергей только пожимает плечами.
– Час с Мэрилин Монро лучше, чем без Мэрилин, верно?
