Вторая попытка полностью

Кстати, об Ольге… Версия официального визита сей первокрестительницы в Константинополь с последующим ее крещением там по греческому образцу и хитроумной нейтрализацией матримониальных поползновений Константина VII Багрянородного (который якобы сделавшись ее крестным отцом, не имел права на ней жениться), изложенная Нестором в «Повести временных лет», насквозь мифологична, и опровергается официальным описанием приема Ольги, составленным не кем иным, как самим византийским императором. Константин пишет, что стать крестным отцом Ольги он не мог по той простой и достаточной причине, что Ольга к моменту прибытия в Царьград уже была христианской. Причем в ее свите находился ее личный духовник. Отсюда вопрос: кто ее крестил? И с какой стати считается, что крестили ее по греческому обряду? К тому же раскол церкви произошел через сто лет – в 1054 году. Окончательный же разрыв между РПЦ и западным христианством случился не ранее второй половины XV века, после того как в 1439 г. Московское государство заявило о своем решительном неприятии Флорентийской унии. Между прочим, спустя всего 9 лет (в 1448 г.) Собор русского православного духовенства по прямому указанию Василия II Темного избрал митрополитом епископа Рязанского и Муромского Иону, не заручившись санкцией константинопольского патриарха. Таким образом, греческое православие оказалось столь же враждебно РПЦ, как и католичество: московские государи усвоили привычку клеймить константинопольских патриархов за латинство. Своя версия православия была провозглашена единственно верной, Русь автоматически сделалась «святой», новым Израилем, Москва – Третьим Римом, мессианские претензии пустили психологические корни в менталитет нации…

Что ж, упомянули об Ольге, скажем пару слов и о «первокрестителе» Владимире. Уже в 1634 г. католическая церковь по декрету папы Урбана XIII признала этого князя святым, считая его крещенным по латинскому обряду. Между тем на Руси Владимира до 1240 г. никто не именовал святым, а его имя даже не было внесено в месяцеслов или святцы. Канонизация Владимира состоялась лишь в XIII в., да и то первоначально лишь в Новгороде, а всероссийское прославление сего Крестителя Руси началось еще позже. Культ его стали усиленно насаждать после 1888 г., когда РПЦ торжественно отметила 900-летие крещения Руси. Появилось множество храмов св. Владимира, а также иконы его как «прадеда Руси». Между тем традиционно в сонме православных святых почетнейшее место занимал вовсе не Владимир, а чудотворец Николай, едва ли не сравнявшийся в популярности с Христом и Богородицей (в XVII в. в одной только Москве было 128 церквей, посвященных Николаю Чудотворцу; иностранцы даже именовали его «Русским Богом»).

Резюмируем: Предание о Крещении Руси насквозь легендарно, а летописные источники не содержат практически ни одного надежного факта, на который можно было бы опереться для построения сколько-нибудь достоверной версии. И это закономерно, поскольку первые летописные своды стали составлять не ранее XVI столетия, чем объясняются многие «странности», а именно: киксы, ляпы, откровенные инсинуации и беззастенчивые подтасовки, им присущие, как например, называние западных европейцев «немцами» вместо «латинами» или «фрягами», ненависть к мусульманству (ибо именно в XVI в. мусульманская экспансия на запад достигла апогея), которое было предано официальной анафеме Византийской церковью в 1188 г., а также тот факт, что русское летописание никак не отреагировало на крестовые походы. Впрочем, состояние русского летописания всегда вызывало справедливые нарекания. Например, когда в 1735 г. Академия наук приняла решение публиковать летописи, это вызвало сильнейшее беспокойство в Синоде: «…В Академии затевают историю печатать… отчего в народе может произойти не без соблазна», поскольку в летописях «не малое число лжей, басней», а поэтому «таковых историй печатать не должно»… Лицевой летописный свод – самое крупное летописно-хронографическое произведение средневековой Руси, охватывающее события с 1114 по 1567 гг. – создавался по прямому заказу Ивана Грозного в Александровской слободе, ставшей к тому времени политически центром Московии. Отсюда тенденция подачи материала: задача – доказать, что Московская Русь является легитимной наследницей древних монархий и оплотом православия.

Обратим далее наши жаждущие просвещения взоры на Святого Александра Ярославовича Невского, этого любимца инсинуаций сталинских соколов, подвизавшихся на поприще замещения отечественной истории сборником мифов и легенд…»

– Почти по существу, – шепнул третий первому, – тоже с немцами бился…

– А Суворов с немцами воевал? – задался логичным вопросом первый.

– Думаешь, если воевал, то сразу после Невского перейдем к Суворову?

– Эй! Что там за шушуканье? – оторвался на секунду от текста шестой, чтобы восстановить дисциплину. – Прекратить немедленно! Продолжаю:

«Сразу поставим вопрос ребром: с кем и за что воевал этот государственный деятель, и с какой стати был канонизирован?