Почувствовав, что мышцы больше не сопротивляются проникновению, а Гилор почти отпустил себя, сладко постанывая и чуть заметно подаваясь навстречу пальцам, дроу вытащил их, огладил ладонями разметавшееся перед ним тело и, смазав себя, приставил головку члена к растянутой дырочке. Мысль о защитном заклинании мелькнула и пропала: это же его Гилли, юный, невинный, которого так хотелось пометить везде — горячими поцелуями снаружи и потоком семени внутри, чтобы никто больше не посмел покуситься на него.
Внимательно следя за выражением лица своего супруга, Тарлин двинулся вперед, плавно входя сразу до конца. Заметив, как Гилор пытается выдохнуть сквозь стиснутые зубы и как заблестели от невольно выступивших слез его глаза, он положил ладонь на его крестец и пустил волну обезболивающей и заживляющей магии. Пусть Тарлин и не владел большими силами, но на это его умений хватило.
— Так легче? — спросил он, когда эрилион снова смог свободно дышать и приоткрыл глаза. — Дальше будет лучше, обещаю.
Просунув под его бедра подушку, Тарлин медленно подался назад, а потом снова вошел, но немного под другим углом, и уже через пару движений Гилор громко вскрикнул, впиваясь ногтями в его руку. Довольно улыбнувшись, дроу начал двигаться быстрее, заставляя супруга выстанывать что-то бессвязное, подаваться навстречу, судорожно сжимая уже наполовину сдернутую с постели простыню. Тарлин был уверен, что после, вспоминая, как вел себя, Гилору будет стыдно и неловко, но сейчас, расслабившийся, не сдерживающий себя, он был прекрасен. Дроу сжал ладонью его член и приласкал головку, чтобы добавить еще больше приятных ощущений. Слишком острыми стали они для неискушенного эрилиона, и потому, буквально минуту спустя, он выгнулся, захлебнувшись стоном, и кончил, орошая ласкающую его руку. Перед тем, как Тарлина захлестнул его собственный оргазм, он успел заметить, как вновь изменился Гилор, на несколько мгновений показывая свое истинное лицо.
Тарлин осторожно вышел, отправляя еще одну волну энергии и залечивая возможные повреждения, убирая боль в растянутых мышцах. Аккуратно вытерев их обоих лежащим недалеко полотенцем, он лег рядом с супругом, тут же крепко прижимая его к себе — мало ли, какие неприятные мысли могут сейчас родиться в голове у этого неуверенного в себе мальчика. Гилор сразу воспользовался возможностью и спрятал лицо в изгибе его шеи, чувствуя себя совсем не готовым прямо сейчас смотреть в глаза Тарлину и о чем-то говорить.
— Всё завтра, Гилли, спи, — мягко велел тот, поцеловав влажную от пота макушку и покрепче сжав супруга в объятиях, показывая, что никуда его в ближайшее время отпускать от себя не намерен.
========== Глава 7 ==========
Проснувшись еще затемно, Тарлин позволил себе понежиться несколько минут в постели, нежно обнимая закинувшего на него ногу уже не фиктивного супруга. Собственное поведение и желания озадачивали его — да, Гилор с первых дней был интересен ему как собеседник и друг, после добавилось желание сделать его счастливым и хотя бы поспособствовать тому, чтобы он узнал радость ласк и секса, но и в мыслях не было сделать это самому. И лишь после ранения он почувствовал неотвратимую тягу к этому существу даже в такой его ипостаси. Тарлин сопоставил время, и в груди неприятно кольнуло: что, если это не случайность, а последствия травмы или ее лечения? Сильнее всего будоражила мысль, что в таком случае всё может исчезнуть в любой момент так же, как началось, и больнее всего придется Гилору, сам-то он совсем не против любить и хотеть его, невзирая на мнение остальных.
