Вырвавший победу полностью

1. В рапорте Ричард Бест ничего не говорит о собственных проблемах с кис­ло­родной маской. Только в воспоминаниях он вдруг припомнил, что в са­мом начале вылета, ещё во время набора высоты хватанул каустической соды (гидроксид натрия использовался в качестве поглотителя выдыхае­мо­го уг­лекислого газа). Дальше следовало почти два часа полёта на 6000 м и, судя по всему, без каких-либо проблем с кислородной маской.

2. В рапорте он пишет, что «несколько пилотов 6-й бомбардировочной стол­к­нулись с трудностями в снабжении кислородом». Однако в воспоминаниях уточняет, что на самом деле речь шла лишь об одном и вполне конкретном пилоте – ведомом из его звена (что тоже не совсем точно, кстати).

3. И наоборот, в воспоминаниях он опускает, что «командир эскадрильи снял свою кислородную маску, чтобы иметь такую же реакцию, как и другие пи­ло­ты», о чём написал в рапорте.

Итак, что мы имеем. Собственных проблем с кислородом у Беста в решающий момент судя по всему не было. Таковые проблемы возникли лишь у одного его подчинённого, причём на самом деле даже не у пилота, а у стрелка-радиста из экипажа старшего лейтенанта Эдвина Крюгера (самолёт 6-B-2). Что сделал в по­добной ситуации его коллега, командир 6-й разведывательной капитан-лей­те­нант Эрл Галлахер, чей подчинённый тоже не мог лететь на заданном эшелоне пусть и из-за других проблем (с нагнетателем)? Отправил его обратно на авиа­носец. Что же делает Дик Бест? Сначала, если верить рапорту, он сам снимает кислородную маску.

То есть, опытный пилот с налётом в несколько тысяч часов не знал, как дыш­и­т­ся на 6000 м без маски? Причём «рывком», без хотя бы минимальной адап­та­ции в ходе набора высоты. И если на высотах 2000-3000 м и без адаптации разрежен­ный воздух лишь налагает некоторые ограничения на физические нагрузки, то на 6000 м из-за недостатка кислорода ещё и мозг начинает гораздо хуже рабо­та­ть, хотя жизни это ещё напрямую не угрожает. Но Бест был вообще-то не про­сто пилотом пикировщика, а командиром целой эскадрильи, и мозги – его глав­ное оружие. Крайне странное решение. А ещё странней то, что в своих воспоми­наниях он об этом почему-то забыл.

Ну да ладно, было – не было, тут вопрос доверия… гораздо интересней, что ко­мандир 6-й бомбардировочной эскадрильи делает далее, и в чём никаких сом­нений нет. Он мог бы тоже отправить проблемного подчинённого до дому, до хаты. Или хотя бы приказать ему одному снизиться на те же 1500 м и держаться за эскадрильей, поглядывая вверх. Но нет, полумеры не для нас, и капитан-лей­тенант Бест решает покинуть строй ударной группы всем своим подразде­ле­ни­ем. Из-за проблем одного-единственного стрелка-радиста. Жизни которого, по­вторю, ничего не угрожало, особенно в считанных минутах до цели, а значит и снижения до нормальной для свободного дыхания высоты.

Покинутый строй

1. В рапорте Бест не указывает, когда именно он снизился на 1500 м, однако это подано так, что это произошло до обнаружения противника. Но в вос­по­ми­на­ниях уточняет, что это произошло «примерно в то же время», когда ка­пи­тан 3-го ранга Маккласки обнаружил эсминец противника и развернул уда­р­ную группу на параллельный с ним курс.

2. В рапорте указывается, что после снижения 6-я бомбардировочная ока­за­ла­сь «непосредственно под» 6-й разведывательной. Однако в воспоминаниях уже «я оказался намного ниже и впереди командира авиагруппы».