– Спасибо, спасибо, – говорил мужчина, потому что их слышали посторонние, – я теперь часто буду к вам приходить. Я ведь старый холостяк, обо мне некому позаботиться. Буду приходить к вам, у вас так мило, уютно, вы поможете мне, одинокому мужчине, выглядеть респектабельно.
– Мы будем счастливы вам помочь! – ответила Элеонора. – Приходите непременно!
В дверях связной едва не столкнулся с посыльным. Тот доставил корзину цветов.
– Элеонора Тэйблер?
– Да, я.
– Пожалуйста, распишитесь в получении.
Элеонора расписалась в графе получателя, поблагодарила курьера. Потом увидела карточку, спрятавшуюся в гуще цветов. Розы прислал Альберт.
В один из дней двери ателье распахнулись и внутрь уверенным шагом зашли три военных. Элеонора их не знала.
– Фройляйн Элеонора, собирайтесь, поедете с нами, – сказал один из них.
У неё нехорошо ёкнуло внутри. Первая мысль была о том, что они пришли арестовать её. Мысленно пробежавшись по всем событиям последних дней, Элеонора нашла, что проколов у неё не было. И всё же ей ничего не оставалось делать, кроме как собираться и ехать с незнакомцами.
Судя по тому, как ей деликатно помогли сесть в автомобиль, она поняла, что это не арест.
Куда её везли, она не знала. Спросить не решалась. Вокруг мелькали городские окраины, потом и вовсе пошли пустыри и хвойные леса. Они выехали за город.
– Фройляйн, вы должны выступить перед некоторыми людьми, – нарушил наконец тишину один из сопровождающих. – Слух о том, как замечательно вы играете Вагнера разнёсся далеко. Поэтому вас очень хотят видеть. И слышать.
Когда впереди замаячили контуры строений, а потом машина остановилась перед въездом в хорошо укреплённый пропускной пункт, Элеонора уже поняла, куда она прибыли. Это был «Вервольф».
Их тщательно проверили, обыскали и впустили внутрь. Она успела заметить на территории много зданий. Здесь были гестапо, телефонная станция, 12 домов для генералитета и столовая для генералов, отдельно – столовая для офицеров, спортзал, душевые – всего 81 постройка. Было также три железобетонных бункера. Это была уменьшенная копия ставки Гитлера в Восточной Пруссии.
Очевидно, придётся играть Вагнера гитлеровским генералам и офицерам, подумалось Элеоноре.
Её провели в зал, где она должна была играть. Это было сравнительно небольшое помещение. Здесь пребывало несколько человек.
– Разрешите представить вашему вниманию, господа, наша местная знаменитость Элеонора Тейблер. Эта фройляйн – фольксдойче, она наша и она потрясающе играет Вагнера.
Пока её представляли, она пробежалась глазами по своим зрителям. И вдруг – о Боже, что это? Характерные маленькие усики под носом, жиденькая чёлочка набок… Неужели?… Да, в центре зала, прямо перед ней сидел Адольф Гитлер. Это ему она должна сейчас играть?
Вот он, виновник всех бед в Европе, источник мучительной смерти миллионов людей, и он сидит совсем близко от неё, чуть дальше, чем на расстоянии вытянутой руки, и ждёт её игры на рояле.
Элеонора едва смогла справиться с эмоциями. Все поняли это по-своему: увидеть фюрера – не каждому такое счастье выпадает, вот и разволновалась девушка.
– Я… Я счастлива быть здесь и играть для вас, мой фюрер, – запинаясь, сказала разведчица, сделав книксен.
Потом она подошла к инструменту, открыла крышку, села перед ним, разминая пальцы, пробежалась ими по клавишам. Она снова стала играть Вагнера «Гибель богов» – то, что так понравилось немцам после её первого публичного выступления. Ленинградская девочка играла фашистам музыку об их гибели. «Вот вам, гадам, за Ленинград!», – думала она про себя, терзая клавиши рояля.
Элеонора играла, как в последний раз. И снова вставал перед глазами осаждённый Ленинград, где люди падали от голода и холода в блокадном городе, в изнеможении ползли к полынье за водой, но не сдавались на милость врага. А главный враг – вот он, сидит перед ней и внимает её музыке.
Когда она закончила играть, Гитлер в восхищении встал и стал восторженно аплодировать. Всё его окружение немедленно тоже вскочило и тоже стало хлопать в ладоши.
– Браво! Браво! – Адольф Гитлер был очарован пианисткой и её игрой. – Давно я не слышал такого исполнения! Вам здесь повезло, – обратился он к военным, которые были расквартированы в Виннице, – что вы можете слушать эту музыку в таком прекрасном исполнении.
Потом принесли шампанское, Элеонора взяла бокал и выслушала восторженный тост Гитлера в свой адрес. Фюрер восхвалял её талант и её красоту.
– За вас! – он поднял бокал.
– Ну что вы, мой фюрер, – она стыдливо опустила глазки. – За музыку!
Потом её отвезли домой. Там, ещё не веря в произошедшее с ней в последние часы, она заговорщически сказала подругам:
– Девки, вы не представляете, где и кому я сегодня играла! Никогда не угадаете!
Они попробовали угадать, но не вышло. И тогда Элеонора, наслаждаясь произведённым эффектом, сказала, делая паузу между словами:
– Я была в «Верфольфе»! И играла самому Адольфу Гитлеру!
В тот же день шифровка об этом ушла в Москву.
Штандартенфюрер Битнер принимал доклад оберштурмфюрера Грефа.