– А ты хоть в чём-нибудь ещё соображаешь, кроме пумперникелей и печени по-берлински? Ты хоть где-нибудь была, что-нибудь видела, о чём-то можешь судить, кроме немецких колбасок? Ты хочешь жить в великой Германии, а заслужила ли ты такую честь? Достойна ли ты находиться в нашем городе, в нашей стране? Ведь тебя стыдно будет людям показать. Ты, советская лапотница, имеешь ли ты право жить в Германии? Что ты знаешь о нашей великой Германии? Что ты знаешь о нашем Дрездене, городе, где вырос твой жених? – кажется, он начинал противоречить сам себе. Ведь ещё вчера он говорил двоюродному брату, что жизнь немецкой женщины не должна выходить за рамки четырёх «К». – Альберт не посмеет тебя в свет вывести, потому что в этой забытой Богом стране, в этой своей захудалой провинции вы тут все дикари и ты даже не знаешь, что такое настоящая цивилизация и подлинная культура, потому что ты даже не слышала о саксонском фарфоре и о жемчужине нашей картинной галереи.
Элеонора до боли сжала руку Альберта, чтобы он не реагировал – словами или кулаками – на речи кузена. А сама с милой улыбкой парировала:
– И почему же это я не знаю? Майсенская фабрика фарфора была основана в 1710 году после открытия секрета производства твёрдого фарфора саксонским алхимиком Бёттгером и учёным фон Чирнхаузом. Основные компоненты саксонского фарфора – каолин (фарфоровая глина) и китайский камень (вид полевого шпата). Знаю и вашу знаменитую картинную галерею «Alte Meister[22]», в которой находится живопись 15–18 веков, а более поздние работы находятся в другой галерее. Это самый популярный музей Германии. В этой галерее выставлены произведения эпохи Возрождения Тициана, Боттичелли, Рафаэля, Веронезе, Корреджо и других. Также там можно увидеть творения голландцев и фламандцев – Рембрандта с учениками, Рубенса, Ван Дейка, Йорданса. Есть в собрании картины кисти французских мастеров – Дюрера, Веласкеса, Гольбейна, Мурильо, Лоррена и других.
Галерея была основана в 1560-м году как дворцовое собрание курфюрстов Саксонских, в 1831 году она была национализирована и стала общедоступной. Здание в стиле неоренессанса, в котором ныне находится картинная галерея, строилось с 1847 по 1855 год.
А что касается жемчужины вашей картинной галереи, то это «Сикстинская мадонна» Рафаэля. Холст имеет размеры 256 сантиметров на 196 сантиметров. Картина была написана около 1516 года (в датах есть разночтения в различных источниках) для монастырской церкви Святого Сикста в Пьяченце в честь победы над французами, вторгшимися в Ломбардию, и последующего включения Пьяченцы в состав Папской области. Приобретена Дрезденской картинной галереей в 1754 году за 20 тысяч цехинов.
Альберт, Гизела и Сабина победно смотрели на Уве.
– Я достаточно полно ответила на ваш вопрос? – лукаво спросила Элеонора.
Уве молчал, только кадык его дёрнулся, когда он нервно сглотнул.
– А я тебя предупреждал, что с Элеонорой лучше не тягаться в знании искусства и живописи, – удовлетворённо сказал Альберт.
Сабина после репетиции зашла в кафе выпить чашечку кофе. Она села за столик и заказала кофе. Спешить ей было некуда, она задумчиво сидела с чашечкой в руках. Вспоминала детство, родной город, море и набегающий к ногам прибой, отца… Почему-то вдруг вспомнилось, нахлынуло. Потом вышла из кафе и пошла домой. Вдруг в спину, словно удар ножа, послышалось: «Сучка!» Она даже не стала оглядываться. Ей всё было понятно. Это ей за то, что танцует и поёт в немецком офицерском клубе. Только ведь не знают люди, что она там – засланный агент и работает на свою советскую Родину. То есть она за них всех, в том числе и за тех, кто бросает ей в спину обидные слова. Сабина даже про себя подумала, что молодцы эти люди, которые говорят ей плохие слова, они же, по сути, как и она, против оккупантов и ждут изгнания врагов и победы над ними. «Наши люди», – удовлетворённо подумала она.
Она вдруг увидела перед собой гауптштурмфюрера Гюнтера Фишера. Она знала его по своему клубу, он крутился вокруг неё и других танцовщиц её балета. Часто она видела его там навеселе. Однако сейчас он был трезв, как никогда.
– Добрый день, фройляйн Сабина! Как я рад вас видеть, вы даже себе представить не можете! Увидел вас, идущей по улице и тотчас же решил подойти к вам. Вы мне очень нужны. Дело в том, что нам нужно срочно допросить партизана, а наш переводчик уехал в другое место. Поэтому очень надеюсь на вашу помощь, думаю, вы не откажете офицеру Рейха в такой малости.
– Гауптман, да вы в своём уме? Как вы смеете предлагать мне такое? Вы вообще понимаете разницу между нами? Я не работаю в гестапо, как вы, я творческий человек, я не могу принимать ваши предложения. У вас такие методы работы, что при женщинах подобное не принято даже пересказывать, а у вас язык поворачивается приглашать меня на допрос?
– Послушайте, фройляйн Сабина, я бы никогда вас не пригласил на допрос, если бы не безвыходная ситуация. Я же говорю вам – уехал наш переводчик, а нужно срочно допросить пойманного диверсанта, он может многое рассказать.