— Мам, ты плачешь?
— Нет, конечно, — мама плакала, голос ее выдал. — Да, я плачу. Потому что ты — мой сын. Я не могу так долго притворяться черствым сухарем. Мы ведь тоже любим вас с Аарен. И любим одинаково. Черт, кажется, с возрастом я становлюсь размазней.
Мы вместе рассмеялись, хотя на душе у обоих было дерьмово.
— Может, все-таки приедешь?
— Ну, уж нет, а то придется тебя зареванную лицезреть. А меня к такому жизнь не готовила.
— Маленький паршивец, все не меняешься, да?
— Беру пример с лучших.
И снова смех. Я понял, как мне этого не хватало.
— Аарен в порядке?
— Да, вот, пытается привести кавалера в дом, отец негодует.
— А ей не рановато? — меня кольнуло белой завистью.
— Не всем же быть такими затворниками, как ты. Ей уже 15, пора начать ошибаться.
— Ой, не дави на больное. Между прочим, я довольно популярен среди сокурсниц.
Мама расхохоталась.
— Позаботься о себе, сынок.
— Давай созваниваться иногда?
— Только если ты будешь трезв и никому не проспоришь.
— Заметано.
========== Долгожданное возвращение ==========
Комментарий к Долгожданное возвращение
*Баодзы/баоцзы - китайские булочки из дрожжевого теста, приготовленные на пару.
**Чоу мейн (Chow Mein) - рагу с мясом (как правило, куриным), смешанное с китайской лапшой.
Неделя тянулась безобразно долго, не давая обоим нормально собраться с мыслями. Касс то и дело проверял телефон на наличие пропущенных вызовов или смс, но за 7 дней Мэлл позвонил всего дважды. Не потому, что не хотел разговаривать, а потому, что сердце начинало разрываться еще сильнее, когда младший слышал в трубке голос друга, который был на другом конце Земли.
На восьмой день Мэлл только перед посадкой на рейс набрал Касса и лишь тихо спросил:
— Встретишь меня? Я прилетаю завтра ближе к вечеру. Номер рейса и точное время кину смс-кой.
— Конечно. Обещаю не опоздать.
— Да уж, постарайся как-нибудь.
На этом все. Парни чувствовали себя уставшими и опустошенными, их голоса звучали разбито, как бы они ни старались казаться сильными.
Летя в Гонконг, Мэлл наконец-то выхватил пару-тройку часов для сна, который оказался очень глубоким и спокойным. Ему ничего не снилось, что было редкостью. Но, даже спустя неделю, мысли бешеным потоком врезались в голову, когда он бодрствовал.
Сразу Касса не обнаружилось из-за бесконечного количества людей вокруг. Это не стало сюрпризом для сонного Мэлла, который, несмотря на то, что поспал в самолете, чуть не заснул, проходя паспортный контроль. Он с трудом мог протиснуться среди сновавшей толпы народа. Уже ближе к выходу, где шум и беготня были заметно тише, в глаза парню сразу же бросилась розовая толстовка. Мэлл резко остановился, выронив сумку, и крепко зажал рот руками. Картинка поплыла от набежавших внезапно слез, а звуки словно начали искажаться. Он даже не понял, почему вдруг заплакал, но сердце закололо, и воздух закончился. Ничего вокруг не видя, Мэлл просто замер на месте, пока не почувствовал сильные руки, обвившие его спину. Он сразу выдохнул, обхватывая обладателя розовой толстовки и крепко прижимаясь к нему.
— Ну, всё, всё, не плачь, — успокаивал Касс, мягко уложив голову друга на свое плечо и поглаживая того по спине. — Ты в безопасности, я здесь.
— Я думал, что свихнусь, — Мэлл дрожал, словно осиновый лист, боясь упасть прямо сейчас. Но Касс держал крепко, слегка раскачиваясь из стороны в сторону. Мир вокруг, аэропорт, снующие люди на минуту перестали существовать. Из-за гула в ушах младший слышал только бешено бьющееся сердце старшего сквозь слои одежды. Именно сейчас Мэлвин почувствовал себя намного лучше: теплое тело и руки, не давшие свалиться на пол — вот его дом.
— Давай поедем к нам, м? Такси уже ждет. Тебе нужно хорошенько отдохнуть, — прошептал в макушку парня Касс, попутно целуя отросшие волосы, пропахшие самолетом и пылью.
— Угу.
Несмотря на то, что солнце еще не село, присутствовало ощущение, будто сейчас глубокая ночь. Возможно, из-за резкой смены часовых поясов и усталости. Такси, действительно, ожидало у выхода из аэропорта.
Пухлый водитель в возрасте, похожий на гигантскую баодзы*, завернутую в желтую футболку и серые брюки, докуривал сигарету и посматривал по сторонам, вероятно, в ожидании парней. Увидев их, мужчина быстренько затушил окурок и подбежал к багажнику, чтобы помочь Мэллу уложить свою сумку.
Парни уселись на заднее сиденье, и младший спросил, может ли он снять обувь. Водитель согласно закивал, хоть и сомневался в чистоте прилетевших с другого конца планеты ног. Уложив голову Кассу на бедра, Мэлл поджал колени к груди и прикрыл глаза в надежде подремать немного. Старший протянул руку к его голове и аккуратно провел по волосам, успокаивая. Мэлвин ухватил запястье Касса и переплел их пальцы, утягивая «замок» себе под щеку и вздыхая — ему не удавалось поймать дрёму.
Оба не проронили ни слова за всю поездку. Водитель–баодзы тоже не решался нарушать тишину, подумав, что парни очень устали и им сейчас не до болтовни. Для мужчины вообще было странностью везти в такой час двух парней–иностранцев, державшихся за руку, один из которых спал на коленях другого.
