Заговор Красного Волка полностью

Он едва избежал пятки портного и зубов Священной Стражи Мастера

Мугстура, нырнув обратно в водосток через дверь икшель. На вершине трубы не

было спасения — мальчик по-прежнему сидел у двери Дрелларека. Поэтому

Фелтруп побежал в другую сторону, вниз и на корму, к кормовым транцам и реву

моря. Другие крысы неслись в том же направлении, ослепленные страхом. Сначала

они не обращали на него внимания. Но ветер становился все громче, приближался

— и вдруг показалось жерло водостока, широко открытое навстречу

вздымающейся черно-зеленому заливу.

Именно тогда крысы набросились на него.

— Проклятый Фелтруп! — кричали они. — Странный, больной, искалеченный

Ангелом! Он кричал на Мастера! Он привел ползунов, чтобы отрубить нам головы!

Убейте его, убейте, прежде чем он нанесет новый удар!

— Вы ошибаетесь! — взмолился Фелтруп. — Я никогда не хотел вам зла! Но

Мугстур хотел! Он порабощает вас!

Но они не хотели слушать: ужас украл тот немногий разум, которым они

обладали. Фелтруп знал, что произойдет дальше. Крысы приближались, спереди и

217

-

218-

сзади, щелкая челюстями, заставляя его поворачиваться в страхе. Какое-то время он

отбивался от них — они были достаточно трусливы, — но, когда он уставал, они

кусали и не разжимали челюсти. Скоро его разорвут в клочья.

На какую-то долю секунды он пожалел о своем пробуждении, но не в

следующую. Его мысли были быстрыми — молниеносно-быстрыми, слишком

быстрыми для любой нормальной жизни, — но идеальными сейчас. Он с одного

взгляда увидел все свои возможности. Моли о пощаде и умри. Притворись мертвым

и умри. Отбивайся изо всех сил от бесчисленных крыс, поклявшихся убить его, —

не говоря уже о людях, — и умри.

Или сделай то, чего он боялся больше всего: рискни утонуть, повернись лицом

к морю. Тогда смерть тоже будет чрезвычайно вероятной. Просто не обязательной.

Пять крыс между ним и отверстием трубы. Пять кузенов, которых нужно

убить. Ужас из ужасов — набивать рот убийством. Он начал.

Они ожидали новых слез и истерии, а не решительного убийства. Он пронзил

первых двух, как копье, и схватился с третьей в царапающем, рвущем кровь слепом

безумии, которое заставило противника нырнуть под него и с визгом улететь вверх

по трубе. Последние две попятились к самому краю, так что их хвосты развевались

в открытом воздухе. Они были большими существами, собранными и готовыми к

его атаке. Фелтруп посмотрел на их широкие плечи, на оскаленные зубы. Их лапы.

Он отпрыгнул назад, мимо тел мертвых крыс. Две на конце трубы зашипели, щелкнули челюстями. Чего он ждет?

Корабль накренился вниз, и тогда они увидели: слишком поздно. Фелтруп изо

всех сил швырнул в них трупы. Скользкая от крови, труба не давала возможности

ухватиться. Одна из крыс начала карабкаться по телам, но Фелтруп безжалостно

давил на нее. Живая крыса и мертвая вместе упали в волны.

Вторая крыса тоже соскальзывала. Но даже в это мгновение она сделала

последний рывок и вцепилась челюстями в больную ногу Фелтрупа. Там она и

повисла, раскачиваясь, сомкнув зубы на кости, пока Фелтруп изо всех сил пытался

стряхнуть ее, не упав сам. Невообразимая боль! И из-за его спины донесся звук еще

большего количества крыс, приближающихся к нему.

Он медленно сползал к морю. Он не мог дотянуться до кусающейся крысы.

Краем глаза он увидел, что был прав, там был выход, две другие трубы, которые

опорожнялись рядом с этой. Мудрый Фелтруп, такой хороший во всем...

Он упал.

Тошнотворное падение. Волны разверзлись, как яма. Другая крыса бездумно

продолжала грызть его в воздухе. Они скользнули по ахтерштевню « Чатранда», едва не разбились вдребезги о баллер руля и исчезли в бледной пене кильватерного

следа корабля. Другая крыса, шокированная холодной водой, отпустила его, но

когда они вынырнули, она погребла к нему, обезумев от ненависти. Имея всего три

здоровые ноги, Фелтруп едва мог плавать. Он тщетно пытался увеличить

дистанцию между ними.

— Думай, брат! — пискнул он. — Зачем сражаться сейчас?

218

-

219-

— Чтобы причинить тебе больше боли в смерти, враг Ангела!

— Никакой ангел — ИИХ! ПХХТ! — не хотел бы такого!

Они оба наполовину утонули, карабкаясь вверх и вниз по волнам, похожим на

обрушивающиеся склоны холмов, наблюдая, как « Чатранд» ускользает все дальше

и дальше. Другая крыса кусала его за пальцы ног. Это безумие, абсолютное

безумие, понял Фелтруп, но эта мысль вселила в него внезапную надежду.

Повернувшись, он намеренно позволил крысе ухватиться за обрубок своего

хвоста — хороший, солидный кусок. Затем он задержал дыхание и нырнул.

Как он и предполагал, другая крыса снова держала челюсти сомкнутыми. Но

она не ожидала, что ее затянет под воду. И не смогла полностью закрыть рот. Она

булькала. Фелтруп не потрудился ударить ее — просто корчился и дрожал.