— Нет, что ты! — Горислава изменилась в лице и испуганно посмотрела на подругу. — Просто он очень добр ко мне, и это приятно, но как я могу кокетничать с кем либо? Еще и года не прошло со смерти моего жениха! Не думаешь же ты, что я такая… ветреная!
— Ну что ты, Горенька, — Яролика пожала подруге ладонь. — Прости, что я так сказала. Я просто очень рада, что ты чаще улыбаешься. Да и я, кажется, тоже… — улыбнулась она. — По-моему, мы с тобой начинаем все больше чувствовать себя дома. А Аурвандил, когда перестал запираться в подвале, оказался совсем не страшным, правда?
— Нет-нет! — горячо поддержала Горислава. — Он очень добрый на самом деле! И очень ранимый! И самый умный из всех, кого я встречала! Он просто замечательный, я надеюсь, когда-нибудь он выберется из подвала насовсем. Хотя, знаешь, там у него так интересно! — она перехватила выскользнувшие было из ее рук коврики и спросила с любопытством. — Интересно, куда это они собрались? Первый раз Аурвандил куда-то собрался пойти отдохнуть. По крайней мере, пока мы тут живем.
— Не знаю, — пожала плечами Яролика. Они поднялись в комнаты и начали расстилать коврики.
Девушка понизила голос.
— Они же молодые дроттины, наверно куда-нибудь выпить пойдут. Или еще там куда…
— Куда? — непонимающе уставилась на нее Горислава.
— Ну, — Яролика зарумянилась, — они же мужчины… Наверно, ходят там… в…. к женщинам.
— Что?! В бордель! — вскричала Горислава. — Нет, я в это не верю! Они не такие, они не могут так поступать! Мы же вот приличные женщины, не ходим к мужчинам! И они достойные дроттины! Что за предположение, Яра?!
— Я знаю, что они достойные, Горя, — смутилась Яролика. — Но ты вспомни тот разговор, который мы подслушали, когда узнали, что им нужна прислуга. И потом, — она оглянулась и понизила голос, — мне как-то ночью не спалось, я на кухне сидела, молоко пила. И услышала, что кто-то идет, выглянула, а там Ингимар. Он что-то пробурчал невнятное и поднялся к себе, а от самого духами пахло!
Она нахмурилась и едва слышно продолжила.
— Хотя, может, я и ошибаюсь…
Горислава задохнулась от возмущения:
— Подумать только! Я никак не ожидала… Да, я помню, о чем они тогда говорили. Но это те девушки на них вешались сами! А тут… дом терпимости?! Это, конечно, не наше дело. Но… Подумать только! Подумать только!
— Погоди, Горя, не шуми, — зашикала на подругу Яролика; она стояла на коленях и разглаживала коврик ровнее, стараясь, чтобы не было складок. — Я могла и ошибиться! И надеюсь на это! Мне не хочется верить, что наши друзья, а они ведь и в самом деле стали нам друзьями, ведут себя как развратники. Они ведь совсем не такие! Помнишь, как мы их боялись, а оказалось, что Ингимар добрейший человек на свете, а Аурвандил только притворяется брюзгой, — она вздохнула и встала. — Я очень надеюсь, что ошиблась.
Горислава оскорблено промолчала. Девушки направились в кухню.
— А знаешь, Горя, — Яролика решила поговорить о другом, — ведь сегодня русалья неделя. Может, отметим, раз у нас вечер свободный?
Глаза Гориславы загорелись:
— О да! Мы почтим предков как положено! В нашем садике?
Яролика задумалась.
— В садике воды нет. Жалко, что он такой небольшой, у некоторых настоящий пруд возле дома. Может, в парк? — предложила она нерешительно.
— А вдруг заметит кто… — тон Гориславы явно намекал, что она жаждет, чтобы ее переубедили.
— А если мы зайдем подальше, к тому пруду, где мы умывались тогда, — задумалась Яролика. — Там никого не бывает. И мы очень быстро все сделаем. И… Ох…. А я возьму с собой зелий! Я немного поэкспериментировала тут, сварила огненных. Если что, ими можно будет защититься. И, Горенька… — она вздохнула, — мне очень нужно Мокоши хвалу вознести и о помощи попросить. Я тебе не рассказывала, но когда я эти зелья готовила, то обожглась. И решила попробовать залечить ожог, как бабушка учила. К силе стихийной обратиться. И кажется, немного получилось.
— Да и мне надо попросить богов о помощи, — кивнула Горислава, — у меня вроде бы начало получаться с голосом. Брошюра Ингимара мне очень помогает. И мы должны поблагодарить их за такую замечательную жизнь, которую они нам дали! — подумав, она спросила. — Ярочка, но как нам быть? Для обряда нельзя оставаться под чужой личиной. Нам придется снять маскировку. Мы ее потом заново сделаем? Или так вернемся?
— Я возьму с собой все необходимое, — предложила Яролика. — А там посмотрим. Если задержимся, прокрадемся осторожно через заднюю дверь. Ею только слуги пользуются. И с волос краску надо смыть, — добавила она. — К богам надо в чистоте обращаться, не скрываясь ни за чем.
— Ты права, — кивнула Горислава. — Тогда идем, подготовимся. Наконец-то мы почтим богов как положено. Я так соскучилась по этому, Ярочка! — она взяла подругу под руку, прижалась к ее плечу, и девушки ушли на кухню.
Глава 17
