Я собрал все важные документы — паспорт, удостоверение личности, школьный аттестат, взял лэптоп, несколько компакт-дисков, семейные фотографии и засунул все это в рюкзак. Ключи от квартиры положил в конверт с деньгами. Остальное пусть убирает сам!
И от души хлопнул дверью.
Я прошагал пятнадцать кварталов, взбешенный настолько, что даже не замечал палящего солнца. Проигнорировав швейцара, я направился прямо к высокой, симпатичной блондинке за стойкой.
— Сэр? — она занервничала и сделала знак охраннику, поспешившему к нам. Парень, тебе еще очень далеко до уровня больших страшных горилл, с которыми я знаком!
— Я хотел бы оставить конверт для господина Ландау или Линторффа. Можно передать любому из них, — сказал я сквозь зубы.
— Подождите секундочку, пожалуйста, — она немного расслабилась и сняла трубку телефона.
Чего мне тут ждать, дорогуша? Я бросил конверт ей на стол и пошел обратно. Меньше всего мне сейчас хотелось снова видеть этого ублюдка.
Но у двери меня перехватили Михаэль и Горан. Сладкая парочка. Всегда вместе.
— Привет, Гунтрам. Рад, что ты в конце концов пришел, — усмехнулся Михаэль, отрезая меня от двери, а Горан в это время встал у меня за спиной.
— Просто оставил кое-что для вашего босса. Поздравьте его от меня с новосельем. До свиданья.
— Давай, мальчик, не сердись на нас. Ты сам сможешь поздравить герцога, но позже. Он сейчас на встрече с туземцами, — он хихикнул. — Скажи-ка мне, этот твой стиль фаната Че Гевары здесь сейчас в моде? Может, мне стоит обзавестись Красной книжечкой Мао? (2)
— Дайте мне пройти. Я не в настроении терпеть ваши жалкие потуги на остроумие, — рявкнул я.
— Это всё из-за жары, без сомнения, — невозмутимо сказал он Горану. — Забери его с собой в номер и дождитесь там герцога.
Серб сомкнул на моем локте железные пальцы и потащил за собой, заставив меня вздрогнуть от боли.
— Прекратите!
— Иди наверх, закажи что-нибудь выпить и жди герцога. Я вижу, ты принес с собой вещи. Там еще что-нибудь нужное осталось? — строго спросил Михаэль.
— Хотите скандал в пятизвездочном отеле? — огрызнулся я.
— Один удар под ребра, и ты вырубишься, прежде чем кто-нибудь это заметит. Ты этого хочешь?
Горану надоели дипломатические переговоры. Он сильнее сдавил мне руку, почти ломая локоть, и потащил за собой. Впихнул в служебный лифт, и вскоре мы оказались на последнем этаже отеля.
— Мы сняли целый этаж, так что не стесняйся, можешь устроить сцену, — сказал Михаэль, а Горан втолкнул меня в большую гостиную, обставленную современной мебелью, с телевизором, обеденным столом, диванами и шикарным панорамным окном с видом на город.
— Прими душ и переоденься во что-нибудь нормальное, потому что этот твой «антиглобалистский» стиль еще больше разозлит герцога. Не стоит его дальше провоцировать. Это дружеский совет, парень. Он очень зол на тебя сейчас, и ты сам виноват, потому что он предоставлял тебе много возможностей прийти сюда по доброй воле, — сказал мне Михаэль, посылая предупреждающий взгляд. Они оба развернулись и ушли, закрыв, точнее, заперев, за собой дверь, и забрали с собой мой рюкзак.
Мне было страшно. Конрад сильно рассержен на меня и убежден, что «дал мне шанс раскаяться». За два дня он уже успел сделать меня бездомным, безработным и лишить друзей, и кто знает, что еще он держит в запасе, чтобы «наказать» меня и заставить подчиняться. Обыкновенное избиение — это слишком просто для того уровня игры, которую он со мной вел сейчас. Он, ни на секунду не задумавшись, выкинул всех моих друзей с работы, сделав их жизнь тяжелее.
«Он действительно мстит с размахом», — пробормотал я себе под нос, усаживаясь у окна и глядя на проносящиеся внизу машины. Повечерело, и в комнате стало темнее. Чувствуя усталость, я закрыл глаза и заснул.
Большая ладонь, ласково коснувшаяся волос, заставила меня проснуться. Я едва подавил вскрик, увидев Конрада, сидящего на корточках перед моим креслом. Его руки лежали на подлокотниках, надежно заперев меня в ловушку.
— Ты пришел ко мне и принес свои вещи. Я могу забыть о твоем мятеже, если ты извинишься, — сказал он, пристально глядя мне в глаза, отблески уличных огней играли на его лице. Я испугался и еще глубже улез в кресло, отодвигаясь от него как можно дальше. В его глазах вспыхнул гнев, губы сложились в тонкую линию.
— Вижу, ты все еще упрямишься и не признаешь мою власть. Должен ли я усмирять тебя дальше? — хмуро спросил он меня.
— Пожалуйста, хватит! Я не могу играть в твою игру. Мне жаль, если я сделал тебе больно своим отказом, но боюсь, что это все плохо закончится для меня, — прошептал я, закрывая глаза, втайне надеясь, что достучусь до него. — Уверен, что ты сможешь найти кого-нибудь, кто подходит тебе больше, чем я.
Он молниеносно поднялся. Я тоже хотел встать, но он суровым взглядом пригвоздил меня к месту.
— Тебе некого будет обвинять в том, что случится, кроме себя, — заявил он, разворачиваясь, чтобы уйти.
Я вскочил и схватил его за руку, но яростный взгляд заставил меня сразу же отпустить его рукав.
