– Пропажа у меня случилась, вот что, – горестно заявила старуха. – Неожиданная пропажа. И прямо-таки невосполнимая.
– И что же у тебя пропало? – спросил участковый. – Твоя коза? Или пять твоих куриц?
– Тебе бы все зубоскалить, – неодобрительно заметила Татьяна Карповна. – Как был ты сызмальства зубоскал, так им и остался. Несмотря на твои высокие должности. А я говорю тебе серьезно. Можно даже сказать – официально.
– Вот как? – Участковый снял фуражку и почесал затылок. – Значит, официально? Что ж, это серьезно… Тогда присядем вот на ту скамеечку, и ты мне все расскажешь. От начала и до конца, и со всеми подробностями.
– Иконка у меня пропала, – сказала старуха. – Кажись, позапрошлой ночью и пропала. Была – и нет ее. Один лишь темный след на стене остался…
– Какая иконка? – не понял участковый.
– А Николая Чудотворца. Добрая иконка, намоленная. А уж какая древняя – тех годов и не сосчитать. От матери она мне досталась. А ей – от ее матери. А той матери – от ее матери. А уж перед тем я и не знаю…
– Ну и куда она подевалась, твоя иконка? – спросил участковый.
– Говорю же – пропала! – в голосе Татьяны Карповны послышалось негодование. – Или ты меня совсем не слушаешь?
– Я тебя слушаю очень внимательно! – заверил участковый. – А только мне непонятно – как это она пропала?
– А вот так и пропала. – Старуха удрученно махнула рукой. – Была – и нет ее. Висела на стене долгие годы, а теперь только темное пятно от нее осталось.
– А может, ты ее просто сняла со стены да и позабыла об этом? – спросил участковый. – Спрятала в сундук, там она и лежит. Ты проверяла в сундуке?
– Это икону-то! – с негодованием произнесла Татьяна Карповна. – И для чего бы я ее снимала, да еще и прятала в сундук? Ведь икона же! Ей полагается висеть в красном углу! Там она и висела… Или ты не знаешь, где положено висеть иконам? Нехристь ты, Гришка, и зубоскал. Как тебя только в участковые-то определили? Они должны быть людьми серьезными и понимающими…
– Да ты погоди ругаться, Карповна! – Участковый рассмеялся – он вообще был человеком веселым и легким в общении. – Я ведь что хочу? Я хочу как следует разобраться! А ты на меня с ругательствами! Ты давай-ка прекрати свои скандалы да и расскажи мне все толком и с расстановкой. А уж дальше будем думать, что к чему.
Старухин рассказ с толком и расстановкой был таким. Два дня назад она с другой деревенской старухой, Прасковьей Михайловной, отправилась в лес за ягодой. Ягоды набрали много. Известное дело, набранную ягоду надо переработать, и чем скорее, тем лучше. Занялись ягодой в доме у Прасковьи Михайловны, уработались до позднего вечера, там Татьяна Карповна и заночевала.
Утром следующего дня она пришла домой и просто-таки остолбенела от удивления и страха. Да и было от чего и удивиться, и испугаться. Дверь в дом отчего-то оказалась незапертой, а ведь старуха отлично помнила, что, уходя, она запирала дверь! Тут же она и определила, отчего дверь не заперта: оказалось, что кто-то выдернул пробой на двери вместе с замком. Оно, конечно, дверь была несерьезная, хлипкая и шаткая, но все равно – какой вражьей силе понадобилось такое неслыханное безобразие? До сей поры в Красухе ничего такого и не видано было, и не слыхано. А тут – нате вам!
С опаской Татьяна Карповна вошла в дом – а вдруг эти варнаки, которым для чего-то понадобилось ломать замок, находятся сейчас в доме? Но в доме никого не оказалось. Зато в доме все было истоптано, следы чьих-то сапожищ виднелись на голом полу и на домотканых ковриках, расстеленных здесь же, на полу, и на деревянной скамье, стоящей у стены. Следы на скамье напугали и удивили Татьяну Карповну пуще всего. Это кому же понадобилось в ее отсутствие забраться в дом, да еще и топтаться на скамейке?
Впрочем, тут же она и определила, отчего на скамейке образовались следы. А потому, что кто-то в грязных сапожищах взбирался на ту скамейку. А взбирался он на нее для того, чтобы снять со стены икону Николая Чудотворца! Именно так, потому что не было на стене иконы! Был лишь темный след на стене от ее недавнего присутствия, а сама икона пропала! Да что же это такое творится? Какому варнаку понадобилась та икона? И для чего она понадобилась?
– Погоди-ка, Карповна, – перебил старуху участковый. – А ты точно помнишь, что не снимала сама ту икону? Допустим, сняла ты ее и упрятала в чулан. Ты смотрела в чулане-то?
– Нехристь ты, Гришка, и басурманин! – с негодованием ответила старуха. – Для чего бы мне ее снимать? Для чего прятать в чулан? Неужто место иконы – в чулане? Ей-то место на стене, в переднем углу! Нет в тебе, Григорий, никакого понятия!
– Ладно, Карповна, ладно! – поднял руки участковый. – Признаюсь – сплоховал я с таким вопросом. Брякнул не подумавши. Но, с другой стороны, может, ее в чулан или в какое-то другое место спрятали те неизвестные личности, которые сняли ее со стены? Вот я и спрашиваю – ты искала икону у себя в доме во всяких потаенных местах?
