– Лили… – тихо позвал ее Картер.
В кабинет вихрем ворвался Дерек Дуайт, застав Лили с газетой в руках. Картер скорчил недовольную гримасу.
– В допросной Ник, и он просит позвать тебя, Лили. Только с тобой он будет говорить до приезда адвоката. Я вижу, ты узнала газету.
Лили не могла понять, что было в словах Дерека: сочувствие или гордость своим успехом. Возможно, он радовался тому, что оказался ближе к истине, чем она.
Аккуратно вернув газету в коробку с вещдоками, Лилиан дрожащими пальцами сняла перчатки, но сумела сохранить спокойствие, не дав воспоминаниям и боли в груди взять верх над собой. Она молча прошла мимо Дуайта и хлопнула дверью, оставив двух детективов в кабинете.
Допросная располагалась этажом ниже. Остановившись в пустом коридоре, Лилиан сделала несколько глубоких вдохов, стараясь успокоиться, после чего нажала на ручку и вошла внутрь.
Ник Фарелл вальяжно развалился на стуле в допросной. Увидев Лилиан, он выпрямился и напрягся, рассматривая ее.
– Боже мой, это действительно ты, Лилилянджело! – воскликнул он.
Лили широко раскрыла глаза, услышав свое лагерное прозвище. Ребята тогда быстро прознали о ее художественных способностях и наперебой выпрашивали портреты на память.
– Давно меня так не называли. Здесь я детектив Мерфи, прошу тебя обращаться ко мне именно так.
Да, теперь она была уверена, что перед ней тот самый Ник. Парень, который пел баллады и читал любовные стихи Руне. Парень, который, возможно, убил трех невинных девушек.
– Ник, ты знаешь, почему ты здесь?
– Да. Меня подозревают в убийстве, а если быть более точным, в трех убийствах.
Ник все же изменился: остриг длинные русые волосы и изрядно заматерел. Она вряд ли узнала бы его, встретив на улице.
– Ты был знаком с Моникой Стронг? – Лили отодвинула мерзко скрипнувший стул и села напротив Ника, сцепив пальцы рук.
– Да. Эта девочка… – Ник вмиг погрустнел. – Она поделилась со мной. Сказала, что тяжело больна, что ей пришлось взять отпуск в университете и что от нечего делать она занялась рисованием. Я помог ей собрать набор новичка. Ты, наверное, уже знаешь, что я держу художественный магазин.
– Знаю. Хочешь сказать, что стал для Моники верным другом и больше вас ничего не связывало?
Ник посмотрел на Лили так, словно она дала ему пощечину.
– На что ты намекаешь?! На секс? Господи, Лилиан!
– Не драматизируй. Ты не находишь странным, что все убитые оказались у тебя в друзьях в социальных сетях?
Ник подобрался, его взгляд стал как у перепуганного кролика.
– Что?! Трое?! Лили, да я ведь и не знаю, кого именно убили, не слушал репортажи, только видел в беззвучном режиме в новостях. И кто эти девушки?
– Ты хоть понимаешь, насколько нелепо это звучит? Мне нужна информация, где ты был в те ночи, когда были совершены убийства. – Лили протянула ему бланк, где над пустыми окошками для заполнения были вписаны даты.
– Я и не вспомню, черт возьми! Прошлой ночью я был дома, это точно!
– Кто может это подтвердить?
– Э-э… Я живу один.
– Отлично. Значит, алиби у тебя нет.
– Лили… послушай, ты ведь знаешь меня. – Ник попытался дотронуться до пальцев Лили, но та их быстро отдернула. – Какое, к черту, убийство? Да я несколько лет спать не мог после того, как… после Руны.
– Вот еще одно совпадение, Ник: ты был в лагере. Ты знал Руну.
