Иногда после работы Саффи и Коринн заезжали в закусочную на шоссе, чтобы перекусить чизкейком и выпить кофе, – в ту самую закусочную, где пропала Анжела Майер. Они обсуждали новых подозреваемых, развивали старые догадки. Дело Иззи, Анжелы и Лилы все еще оставалось открытым, хотя к нему уже много лет никто не прикасался; Саффи обрисовала Коринн основные моменты, представив Анселя Пэкера как перспективного подозреваемого среди множества тупиковых зацепок.
– Мне нужна твоя помощь еще кое в чем, – сказала Саффи, прежде чем Коринн успела уйти. – Закрой дверь.
В ту ночь дом Саффи казался особенно пустым. Она скинула обувь, заперла свой жетон и пистолет в шкафчике в прихожей. Тишина была гнетущей – в сумеречном полумраке ее гостиная выглядела аскетичной и безжизненной, мебель зловеще вырисовывалась в потемках. Она плюхнулась на диван, достала из кармана телефон и открыла электронную почту. Комнату озарило голубым сиянием, ее почтовый ящик обновился.
Ничего.
«Та женщина говорила, что это может занять некоторое время», – сказала ей Кристен, пытаясь успокоить. Идея обратиться в агентство принадлежала Кристен – впервые она упомянула об этом, когда они открывали коробку с декоративными подушками, которые заказали в Индии. Саффи занималась ремонтом с помощью Кристен, полагаясь на безупречное чувство вкуса своей подруги. Несколько лет назад, когда Саффи только начала изучать индийскую культуру – религию и искусство, географию и кухню, азы, которые мог бы дать ей отец, – она заказала картину в раме с видом Джайпура, написанную художником из Раджастхана. Она повесила картину на стену в своей спальне и перед сном часто смотрела на нее, находя в ней утешение.
Саффи знала об отце очень мало. Только то, что он был приглашенным студентом на той же программе по социологии в Университете Вермонта, что и ее мать, молодым человеком из Джайпура, который вернулся на родину еще до ее рождения. Шаурья Сингх. Недавний беглый поиск выявил сотни мужчин – она прочитала, что это имя примерно переводится как «храбрый», и представила, как та же сила течет в ее собственных венах.
Обновляя свой почтовый ящик, она ощущала волнение, которое очень старалась скрыть от себя. В агентстве предупредили, что на поиск биологического родителя могут уйти месяцы, а то и годы. Саффи не знала, поделилась ли ее мать новостью о своей беременности – не из-за этого ли он уехал, – и знает ли он вообще о ее существовании? Ей следовало приготовиться к плохим новостям. Но никаких новостей не поступало. Каждое утро она первым делом проверяла свой почтовый ящик, надеясь увидеть логотип агентства. Прошло больше шести недель.
Саффи знала, что ей нужно приготовить ужин. Замороженную пиццу. Ей нужно переодеться из своей мятой рабочей одежды и расчесать волосы. Вместо этого она написала Коринн, которая уже наверняка была дома, ужинала, смотрела телевизор или совершала пробежку по полям за семейной фермой своего мужа.
«Нашла что-нибудь?»
Она подождала.
– Они родственники, – взволнованно сообщила Коринн на следующий день. – Ансель Пэкер и Харрисоны.
Они сбежали в свою любимую закусочную – в участке была слишком гнетущая атмосфера, все смотрели на Саффи, ожидая указаний, – и кофе Саффи сейчас остывал в заляпанной желтой кружке.
– У Анселя нет семьи, – чересчур поспешно возразила Саффи.
Коринн подняла брови. Много раз они сидели в этой самой кабинке, уходя с головой в нераскрытые дела, ища выходы, выдвигая версии и переосмысливая мотивы. Саффи описывала Анселя как подозреваемого, не более того. Но Коринн обладала безошибочным чутьем на брехню – главным образом поэтому Саффи ее и наняла. Острый взгляд Коринн выходил за рамки детективной работы и проникал в самую суть человека. «Она как живой полиграф», – шутила семья Коринн в конце лета, когда они устроили костер на своем участке. Саффи не рассказывала Коринн ни о приюте мисс Джеммы, ни о выходных, которые проводила в засаде в Вермонте, растрачивая последние десять лет своей жизни, но она не удивилась бы, если бы Коринн каким-то образом обо всем этом узнала.
– Рейчел Харрисон была замужем за Эллисом Харрисоном. Они купили ресторан и родили дочку, Блу, когда были совсем молодыми. В 2003 году он умер. Рак. Я нашла его личное дело в частной школе в городе – школьный психолог упомянул, что Эллис был усыновлен, поэтому я позвонила в округ и проверила архивы. И угадайте, у кого был старший брат, согласно тому же отчету?
– Младенец, – пробормотала Саффи.
– Родители бросили Эллиса и Анселя на ферме неподалеку от города. Вот адрес, если он вам нужен.
Коринн протянула через стол оторванный листок бумаги из блокнота, и Саффи быстро сунула его в карман.
– Так почему же Ансель там? В «Синем доме»?
– Вот этого-то я и не могу понять, – сказала Коринн. – Блу переходит в предпоследний класс в школе Таппер-Лейка. Рейчел управляет рестораном. У них всего двое сотрудников, повар и посудомойщица. Но с финансами все плохо, очень плохо. Они просрочили платежи по огромному кредиту, и, судя по всему, скоро банк потребует долг ко взысканию.
