Бандиты приехали ночью, не меньше десяти человек. Подперли снаружи дверь старенького тонара – того самого, с которого все начиналось. Облили его керосином и подожгли. Продавец внутри чуть не сошел с ума от ужаса. Он решил – его сжигают заживо. В принципе, так все и выглядело. В последний момент долбаные пироманы выбили палку, и он, в клубах едкого дыма, под мокрым полотенцем (сообразил, молодец), кашляя, вывалился наружу. Его немного попинали, глядя, как горит палатка. Как всегда переборщили – сломали парню нос и несколько ребер. Охранник попросту сбежал, увидев, что происходит. Пришлось снова оштрафовать его – на сей раз за трусость и профнепригодность. Огонь перекинулся на брезентовый шатер. Им накрывалось кафе моего приятеля Юры, где мы осенью ожидали с Трэшем наехавших на меня бандитов. Бандюки даже не пытались потушить шатер. Он выгорел дотла. Вместе со стойкой и кое-каким Юриным имуществом. Он почему-то хранил на работе документы. Их пришлось потом долго восстанавливать.
Бандиты попросили избитого продавца передать, что собираются поступить так со всеми моими палатками, и уехали, довольные акцией устрашения.
Продавец в тот же день уволился.
– Точно не будешь работать? – спросил я. Не хотелось терять такого ценного (а главное, непьющего) работника.
– Мне моя жизнь дороже, – ответил он угрюмо. И я понял, что должен как-то защитить – если не себя, то хотя бы своих людей. Таким макаром они все от меня разбегутся…
Я был возле другой палатки, когда вдруг объявился некий человечек с усиками. Блатного я в нем сразу не распознал. Между тем, он был представителем преступного мира.
– Поговорить бы, – сказал он.
Я решил сначала: это поставщик товара – хочет предложит что-то на реализацию. И потому спокойно согласился.
– Вас очень хочет видеть один влиятельный человек, – сказал он и подмигнул. Впоследствии я узнал, что это нервный тик. Однажды он даже получил по морде в троллейбусе за этот мимический дефект. Не в меру раздражительный пассажир решил, что незнакомец с усиками то ли хочет познакомиться, то ли нарывается на драку. Услышав, что «влиятельный человек» хочет меня видеть, я и сам был близок к тому, чтобы ему засветить.
– Стрелка на пустыре?! – поинтересовался я зло. – Чтобы обсудить, кто моя крыша?!
– Ну что вы, – обращение на «вы» подкупало. Я к такой обходительности не успел еще привыкнуть. Но был настороже. Даже тот, кто называет тебя лучшим другом, может в один прекрасный момент оказаться злейшим врагом. – Вы меня неправильно поняли… Падлой буду, я не имел в виду ничего плохого. – Когда он вдруг ввернул в вежливую речь неуместное «падлой буду», я пригляделся к нему внимательнее. Этот тип явно старался показаться не тем, кто есть. На руке у него я заметил татуировку из пяти точек. Я отлично знал, что она означает, вырос во дворах – камера-одиночка, один в четырех стенах. На фаланге безымянного пальца был ожог – скорее всего, сводил кислотой еще одну тюремную наколку. Усики странным образом делали его похожим на приличного человека, но глазки бегали, и кожа лица была вся рыхлая, такая обычно бывает у зеков, питающихся от случая к случаю. Если долго ешь одну баланду, портится и кожа и зубы. Рот он открывал осторожно. Я мог поспорить – зубов в пасти у него недобор. Испортились и выпали по той же причине – цинга, скорее всего. – У Дато Левоныча для вас уникальное деловое предложение, – говорил он, пока я его рассматривал. – Он хочет встретиться в ресторане. Обед, разумеется, за наш счет. Это его ресторан. Вы согласны?
– Какое предложение? – спросил я. – У меня все хорошо, мне ничего не надо.
– Дато Левоныч хочет рассмотреть возможность инвестиций в ваш бизнес. Мы много наслышаны о вас.
«Интересно, – подумал я, – что они могли обо мне слышать? И где? От кого?» Я сильно сомневался, что у нас с Дато Ливонычем могут быть общие знакомые. Разве что тот самый Папа. Или участковый, Арсений Валерьевич Лановой, – по долгу службы он имел сношения с самыми разными людьми.
– Я никуда не пойду, – сказал я твердо. – Так и передай.
– Напрасно, – протянул он и нехорошо усмехнулся. – От таких предложений не отказываются.
– Слушай, ты, – я сгреб бывшего зека с усиками за воротник, и чуть не приподнял его над землей – оказалось, что он почти ничего не весит, – знаешь, сколько я таких, как ты, видел-перевидел? – Встряхнул его. Слегка ударил по скуле. И отпустил.
Он отбежал на безопасное расстояние и прошипел, как змея:
– За такое можно перо получить!
– Вали отсюда! – заорал я, притопнул угрожающе. И он торопливо потрусил восвояси, периодически оглядываясь и скалясь нехорошо. Он напоминал гиену…
К моему удивлению, загадочный человечек с усиками вовсе не исчез, а стал появляться на точке регулярно. Он буквально уговаривал (а затем и умолял) принять предложение своего хозяина – посетить ресторан и обсудить деловые вопросы.
