Колелла ответил не сразу. Он окинул ее беспокойным, раздраженным взглядом, затем откинулся на спинку кресла, прищурился и ткнул в нее пальцем.
– Следи за языком, девчонка. Незаменимых здесь нет. И ты не исключение. Поэтому, если хочешь сохранить свое место, советую тебе воздерживаться от подобных сцен.
– Я уже не девчонка, – спокойно ответила Аньезе, не отводя взгляда, и направилась к двери.
Джузеппе уже собирался выходить, он как раз потянулся за папкой, лежавшей на полке у двери, когда с лестницы впопыхах сбежала Сальватора. Она была накрашена и надушена, с черной лакированной сумочкой в руках и в темно-бордовом костюме, который обычно надевала на выборы.
– Подожди. Я с тобой, – сказала она.
– Ты так нарядилась… У тебя какие-то дела в городе?
Она подошла к нему, звонко стуча каблуками черных туфель.
– У меня дела с моим мужем. Давай, пошли, – ответила она.
– Куда это мы? – озадаченно спросил Джузеппе.
Сальватора взглянула на него, как бы говоря: «Ты так и не понял?», и уточнила:
– На верфь, конечно. Ты только и делаешь, что говоришь об этой лодке… Пора бы и твоей жене на нее взглянуть, не думаешь?
– Да там пока не на что смотреть. Только остов и есть, – ответил он.
– Вот и посмотрим на этот остов, – натянуто улыбнулась Сальватора, решительно открывая дверь.
Они направились к верфи, но уже через пару шагов Джузеппе покрылся испариной и стал задыхаться. Он достал носовой платок из кармана и вытер шею.
– Почему мы не поехали на машине, черт побери, – пробормотала Сальватора, вырывая платок у него из рук и обтирая его лицо от пота.
– Мне полезно ходить пешком, ты же знаешь, так велел доктор, – ответил Джузеппе, позволяя ей вытирать его, словно ребенка, измазавшегося мороженым.
– Полезно-то полезно, но не в такую жару… – проворчала она. – Давай постоим немного в теньке, – предложила она, увлекая его под балкон. – Немножко придешь в себя, а как почувствуешь себя лучше, пойдем дальше. Я сейчас попрошу воды, тебе она точно не помешает.
Сальватора постучалась в первую попавшуюся дверь. На пороге появилась сгорбленная старушка в черном платье и платке.
– Можно стакан воды для мужа? Он плохо переносит жару, – попросила Сальватора.
Старушка кивнула, скрылась в доме и вскоре вернулась с большим бирюзовым стаканом.
Сделав несколько глотков, Джузеппе поблагодарил жену и сказал, что чувствует себя лучше и готов идти дальше.
– Хорошо, только потихоньку, – предупредила Сальватора, придерживая его под руку.
Когда они добрались до верфи, ворота были еще заперты.
– Странно, – заметил Джузеппе. – В это время Луиджи обычно уже на месте…
– Может, постучим?
– Если он занят в подсобке, то не услышит. Я обойду и попробую зайти с черного хода, а ты подожди здесь.
Джузеппе подошел к задней двери, которой почти никогда не пользовались. Дверь со скрипом отворилась, и он вошел. Он уже собрался было позвать Луиджи, но услышал какие-то странные звуки и остановился на пороге. Джузеппе прислушался.
– Во дает! Кто бы мог подумать… – усмехнулся Джузеппе. – Наверное, мне лучше уйти.
Но любопытство взяло верх. Он тихонько шагнул в сторону приоткрытой двери в туалет и оцепенел от увиденного: Луиджи был не один.
Джузеппе, словно током ударенный, отступил назад, вышел через заднюю дверь и прикрыл ее за собой.
– Что с тобой? Ты будто привидение видел, – воскликнула Сальватора, когда он вернулся.
Джузеппе взял ее под руку и молча пошел прочь.
– Что случилось? Что с тобой? – настаивала жена.
– Ничего. Там никого. Задняя дверь заперта. Видимо, Луиджи решил взять выходной, – пробормотал он, глядя в пол. – Вернемся в другой раз, обещаю. А сейчас давай домой, – сказал он, стараясь скрыть свои чувства.
– Ну уж нет! – заупрямилась Сальватора. – Позавтракаем в баре, а потом прогуляемся по площади. Зря, что ли, я так красиво оделась…
Стояла прекрасная солнечная погода, и Лоренцо решил пройтись до галереи пешком.
– Ты точно не хочешь поехать на машине? – спросил дядя Доменико.
– Точно. Встретимся на месте, – ответил он.
Лоренцо прогуливался по центру, разглядывая резные каменные балкончики старинных домов. Он шел, закатав рукава белой рубашки до локтей и засунув руки в карманы, когда чуть не налетел на синьору Гуарини, шедшую под руку с Дорианой.
– Вот черт! – вырвалось у Лоренцо. Дориана рассмеялась, отчего на щеках у нее появились ямочки.
– Простите, я отвлекся на эти прекрасные балконы… – пробормотал он.
Джулия посмотрела вверх.
– О, прекрасно вас понимаю. Перед очарованием барокко устоять невозможно.
– Куда вы направляетесь? – спросила Дориана, мягко улыбаясь.
Лоренцо ответил, что идет в галерею и что в такой солнечный день просто грех ехать на машине.
– Ах, да, – встрепенулась девушка, – на Феррагосто[11] мы устраиваем обед в нашем летнем доме у моря. Будет много гостей, но кое-кого вы уже видели на приеме. Будем рады, если вы к нам присоединитесь. Не так ли, мама?
– Конечно, нам будет очень приятно, – отозвалась синьора Гуарини. – Надеюсь, вы придете. Будем рады вас видеть.
