– Не грузи меня названиями потрохов, – Эхор был польщён, но продолжал ворчать. – Надеюсь, я больше в жизни к ним не прикоснусь руками.
– Не любо – не слушай. Главное, что такие операции людям делают с хорошим прогнозом. Если цептане такие живучие, как хвастаются, то всё заживёт, как на со… как на ящерице.
Надо же, у него еще и каламбурить сил хватало.
– Если кровотечения нет, может, просто зашить? – спросил Касфар.
– С ранениями живота не шутят. Эхор должен пулю найти.
Денис всё-таки поднялся с пола и через плечо заглянул в разрез. Тут же опять отпрянул.
– Мне трудно оперировать и держать контакт, – пожаловался Эхор. – Они оба слабеют, способность к регенерации никак не проявляется.
Касфар сквозь свои заклинания злобно скрежетал зубами. Его движения с рунами стали резкими и озлобленными. Свечение символов ящер погасил, экономя силы, поэтому нам казалось, что его тело просто дергается в неприятной пантомиме.
– Что такого в этой вашей пуле? Как она может наносить такой большой вред?
Андрей протянул ему патрон – один из последних, остатки моей забытой в пещере экипировки.
– Да ничего особенного. Медная оболочка, стальной сердечник, свинцовый утяжелитель. Может, у неё аллергия на свинец?
– Свинец?
– Да. Просто кусок металла…
– Оружие из тяжёлого металла у нас – большая редкость. Магическое оружие мощнее и смертоноснее, но я читал про случаи, когда оставшийся в ране осколок металла приводил к смерти, несмотря на все усилия целителей.
Денис хлопнул себя ладонью по лбу.
– У неё что, действительно может быть аллергия? Какая-то колдовская аллергия на металл?
– Если пуля заблокировала крупный нервный узел, это могло нарушить магические способности Таштан. Все усилия, рефлекторно идущие на исцеление тела, рассеиваются металлом.
– Проклятье. Где мы тут возьмём рентген?
– Что значит «рентген»? – спросил Касфар.
Денис объяснил в двух словах принцип действия томографа. Ящер уже не раз находил нестандартные решения, но в этот раз чуда не произошло. Таких подручных средств, чтобы собрать по-быстрому рентгеновский аппарат, в казематах не нашлось.
Помощь пришла, откуда не ждали.
– Хайда может, – сказал Эхор.
– Что?
– Хайда. Она травница. У неё дар корней и листьев. Умеет чувствовать на больших расстояниях в воздухе и на небольшой глубине под землёй. Примерно так, как ты сказал. Если разбудить Хайду, она могла бы помочь.
Освобождать Хайду ящер не хотел категорически. Но у него не осталось выбора.
Совершив, как он сам выразился, подвиг концентрации, Касфар взял под управление третий кокон и в течение четверти часа вывел из стазиса строптивую эльфийку. Которая, поднявшись, даже из вежливости не попыталась скрыть свою ярость от всего происходящего.
Объяснять ей ничего не пришлось: из кокона Хайда многое видела и почти всё слышала сама. Но уговаривать применить свои способности для спасения цептанки пришлось и Касфару, и Эхору, и Денису, и даже мне. Пожалуй, только один аргумент удерживал женщину от немедленного бунта: я сказал Хайде, что Вадима не спасти, если не спасти Таштан.
От Дениса толку всё еще не было. Ворчащий и причитающий Эхор встал оперировать дальше. Теперь и ему приходилось повторять подвиг концентрации: если Касфар разом управлял тремя коконами, то есть выполнял работу минимум шести магов одновременно, то Эхор был медицинским монитором для Вадима с Таштан, поддерживал ментальную связь с нашим томографом-Хайдой, да при этом еще и орудовал медицинскими инструментами под диктовку Дениса.
– Есть! – воскликнул вдруг белобрысый, перепугав всех присутствующих. – Нашли мерзавку!
– Что там? – заволновался Касфар.
– Хайда чувствует пулю. Вот здесь, внизу. Видимо, при ударе о чешую сместилась, ткнулась в ребро и прошла вдоль кости, поэтому мы не могли отыскать.
Я мельком глянул.
– Какое там ребро? Самый низ живота!
– У нашего вида вдвое больше рёбер, чем у обезьян, – 25 пар.
Тем временем Денис объяснял Эхору, как окончательно ушить разрез на животе и как правильно рассчитать место нового – в паху, на стыке бедра, чтобы не задеть крупный нерв или лимфатический узел.
Под этот шум я не сразу уловил легкое прикосновение к своему разуму. Только на второй или третий раз ощутил раздражающее щекотание и задумался о причине. Причина, пользуясь временным перерывом в своей работе, смотрела на меня во все глаза.
– Хайда… – я догадался, что ответить надо негромко, не привлекая внимания остальных, но и на шёпот она вытаращила глаза и отрицательно замотала головой.
Эльфийка сама подошла ко мне, как бы между делом, прижалась сзади и зашептала у самого уха.
– Не верьте ящеру. Он обманул вас. Касфара нужно схватить и обезвредить до того, как он освободит своих сородичей.
– Кто это говорит? Бешеная кошка, которая обманом отправила меня в логово врага, а потом едва не похоронила в горах?
– Это было необходимо во благо!
– Вы задолбали решать, что мне во благо и что нет!
– При чём здесь ты? Во благо нашего народа!
– Вашего народа. Не моего.
– Сейчас это одно и то же.
– Ты так уже говорила. В итоге я едва сумел предотвратить гибель обоих миров.
