– Ты что, идиот? Думаешь, мы не пытались? – Ящер кричал. – Каждый кокон закрывается авторским артефактом, в котором сосредоточена энергия на много веков поддержания жизни в парализованном теле. Снять артефакт, не зная порядка и стороны приложения силы, а также вида необходимой энергии – невозможно. Если применить силу неправильно, весь заряд будет выпущен внутрь кокона и сожжёт арестанта. За последние три тысячи лет никто не смог сбежать из Запретных казематов, ни разу! Ни сам, ни с чьей-либо помощью.
– Но вы же как-то освободились?
– По стечению обстоятельств. Двенадцать лет назад в одном из залов во время сильного шторма произошел обвал. Все-таки здание слишком долго находилось без присмотра. Правое крыло полностью затопило – там все арестованные погибли. На нашей стороне вода поднялась не так высоко. В крышу били молнии, своими разрядами задев артефакты и убив еще троих. У меня, Таштан и еще одного несчастного, чьи коконы стояли дальше всех, повреждения были меньше.
Ящер сходил в дальний угол комнаты и принёс оттуда некий предмет – продукт дивных цептанских мыслительных технологий. Нечто вроде крупной косточки миндаля, испускающей тонкие лучи голубого и изумрудного света. Снизу устройство было покрыто волосками, шевелящимися то ли от сквозняка, то ли сами по себе.
– Вот, у моего артефакта обнажилась и отмерла часть западного эгрегора. Почему это не привело к смерти – не знаю. Сам я как исполнитель наказаний – умею и ставить такие, и снимать тоже, но только свои. С подобным явлением ни разу еще не сталкивался.
Он посмотрел на меня, понял, что эти объяснения ничуть не делают для меня картину яснее, и отбросил штуковину в сторону, на пол.
– В общем, наши «тюремные камеры» стали быстро разряжаться. Всего за четыре года защитная энергия рассеялась. Оставалось лишь приложить немного усилий и пробить кокон изнутри, пока сила, обеспечивающая паралич, совсем не ослабла. Кокон живой, если его не подавить, то без артефакта он за несколько минут сожрёт тело. Мне и Таштан вырваться удалось. Третий маг не совладал с коконом.
Я невольно начал искать варианты.
– Если Таштан – специалист по энергетике, вы могли бы попытаться воссоздать удар молнии на других коконах.
– Мы пытались. Пытались много раз. Слишком много неизвестных. Какой заряд несла молния? Как изменилась, проходя защитные поля казематов? Как долго длилось воздействие? Мы меняли условия и экспериментировали до тех пор, пока не исчерпали возможность создавать новые артефакты для опытов. Коконы либо игнорировали разряд, либо сгорали. Когда ставить опыты стало не на чем, один из наших собратьев по несчастью вызвался добровольцем.
– И?
– Как видишь, здесь никого больше нет, кроме меня и Таштан. Успеха мы не достигли, доброволец погиб. После этого мы прекратили опыты и стали искать другие способы освободить сородичей.
– А они есть, эти способы?
– Да. Кажется, один есть. Когда я был еще стажёром, только-только пришел в казематы на практику, нам рассказывали про страховой контур в системе защиты. Его ввели после крупного пожара в канцелярии, когда случайно сгорела значительная часть архивных записей. Выяснилось, что формулы освобождения узников почти никто не помнит наизусть, все исполнители наказаний слишком доверяли записям и хранили порядок в архиве.
– Невеселая перспективка. Уйти на пожизненный срок из-за того, что кто-то потерял бумажку с приговором.
– Да, примерно так. И с тех пор было введено два правила. Во-первых, исполнитель наказаний обязан помнить наизусть схемы освобождения всех своих арестантов. Во-вторых, на случай внезапной гибели или отсутствия мастера, оставшиеся четверо могут перейти к ручному управлению и применить универсальный ключ.
– Именно четверо?
– Да, универсальные ключи создаются самим казематом, если действительные мастера исполнения наказаний потребуют этого одновременно.
– Понятно. Только это не ваш вариант. Вас всего двое, и вы не действительные мастера.
– Это так. Но есть еще один нюанс. Я нашел его совсем недавно, года два назад, перебирая самые старые из архивов службы каземата. Там говорится об общих принципах, заложенных в здание при проектировании его магической защиты.
– Ни черта себе. У вас строительная магия – тоже по проектам? Я думал, только у нас додумались проект каждого сортира в администрации согласовывать.
– У вас – строительная магия? А, ты так странно шутишь. Конечно, у нас есть проекты, ведь многие магические объекты так сложны, что требуют участия сотен мастеров, а иногда и тысяч. Ошибка в расчетах может привести к катастрофе.
– Согласен, логично.
– В проекте казематов был предусмотрен особый протокол на случай внешнего нападения или стихийного бедствия. Каземат не станет дожидаться приказов смотрителей, он сам направит всю доступную энергию на поля магических защит, даже если в итоге истощится и погаснет. Так вот, если после такого происшествия снова начать подпитку, каземат запустит церемонию возрождения. С нуля. То есть, с процедуры зачисления персонала.
