— Что значит — были?! — рявкнул Ансу, с силой тряхнув пленницу — так, что чепец слетел её с густых светлых кудряшек. — Не говори мне, что они померли от какой-нибудь заразы, которой полно в ваших крысятниках!
— Нет-нет! Они живы, живы!.. Но уехали на днях.
— Куда уехали?
— К Высотам Созда-ателя, — на одной ноте провыла девица, вновь начиная трястись от плача.
— Куда?! Всё-таки — померли?
— Нет, господин, нет!.. Высоты Создателя — это поселение наших братьев. Выше по реке, на её берегу, но почти в предгорьях… Я слышала, господин Бернар не поделил что-то с отцом Родольфом, вот они и решили уехать, — затараторила девчонка.
Но Ансу уже не интересовали подробности. Взревев от злости, он отшвырнул девицу к тому же дереву. И равнодушно отметил то, как с силой ударившись головой о ствол, она тряпичной куклой упала у его подножия.
— Таеру, передай всем, что отдыхаем здесь до полудня. А потом — отправляемся к предгорьям. Сучка соланнских кровей успела драпануть туда вместе со своим папашей, — бросил он ожидавшему чуть поодаль широкоплечему и низкорослому Отмеченному, тут же угодливо закивавшему своему повелителю. — И да, эта дура — ваша. Ты, раз её поймал, можешь попользоваться первый.
Отмеченный явно обрадовался такой награде и, взрыкнув, кинулся к добыче. Но, несколько раз пнув её, обиженно заорал:
— Да она не шевелится!..
— Вам сойдёт, — усмехнулся Ансу, удаляясь в заросли. За играми Отмеченных с пленниками — или их телами — он никогда не любил наблюдать.
========== Глава 10. Цели и средства ==========
Исар лежала на коврах в беседке, построенной в глубине сада, и бездумно разглядывала тёмно-красные цветы лианы, оплетавшей ажурные решетки. В утренние часы было нежарко, а тишину нарушали лишь крики птиц на ветвях деревьев.
Сегодняшний день Исар позволила себе посвятить отдыху после долгого пути через океан и обдумыванию сведений, которые получила вчера от «друзей» Братства: они имелись почти везде, где жило хотя бы несколько десятков бахмийцев. А уже завтра собиралась начать поиски того, над кем Братство на сей раз доверило ей осуществить правосудие.
— Так и знал, что увижу тебя здесь, — Асторре, как обычно, появился в беседке почти бесшумно. Он был облачён в чёрный мундир и, пожалуй, выглядел даже чересчур свежо после проведённой почти без сна ночи.
— Значит, не останешься на сегодня со мной? — спросила Исар, усаживаясь так, чтобы удобно поджать под себя ноги.
— Увы, служба не ждёт, — Асторре развёл руками, присев рядом с ней. — Но вечер и ночь опять будут нашими, не сомневайся!.. Кстати, что ты всё-таки подсыпала в вино Хейдену? Когда он прощался со мной, то казался каким-то уж слишком помятым.
— То, что я ему подсыпала, безвредно, — хмыкнула Исар. — Ну, для тех, в ком нет тьмы. Зато теперь ты точно можешь быть уверен в своём офицере… Зеннавийцы чересчур хорошо умеют подвешивать на побывавших в их руках пакостные сюрпризы.
— Хейдена проверяли Белые Псы.
— Но лишняя предосторожность не помешает. Я не хочу, чтобы ты умер столь глупой смертью — от рук того, кому доверяешь, — Исар протянула ладонь, чтобы погладить щёку Асторре.
— Благодарю, — сказал он за мгновение до того, как перехватить её руку и коротко поцеловать пальцы. — Но не доверяю я никому. В нашем любимом ведомстве это лучший способ прожить достаточно долго.
— Тебе виднее, — согласилась Исар и тут же перевела тему: — Но ташайский мальчишка заинтересовал меня больше, чем ваш рыжий мученик… Я думала, ты позовешь его к нам третьим!
— Не заметил, чтобы ночью тебе было мало меня, — самодовольно улыбнулся её любовник.
— Нет, но я люблю разнообразие.
— Я тоже, — Асторре прищурился, будто кот на солнце. — Но, если Агилар о чём-то таком узнает, он непременно отрежет мне голову. После чего, конечно, по своей доброй традиции сам сдастся нашим. И они его казнят. Выйдет драма в духе сентинской оперы. А я её просто ненавижу!.. — расхохотался он.
— Серьёзная причина.
— Куда уж серьёзней, сердце моё. Не скучай, — Асторре легко вскочил на ноги, на прощание коснувшись распущенных волос Исар. А потом, смерив её уже абсолютно серьёзным взглядом, добавил: — И в следующий раз предупреждай меня, прежде чем угощать моих людей чем-то… особенным. Иначе, как бы ты ни была мне дорога, последствия тебе не понравятся.
***
Поселение, расположенное чуть поодаль от берега Сверкающей, выглядело процветающим и мирным. Имперцы словно бы перетащили за океан кусочек ухоженной мидландской провинции — с фахверковыми светлыми домиками, вымощенными серым камнем дорожками и геометрической планировкой. Только пальмы у аккуратных крылечек напоминали о том, что это уже совсем другая земля.
Правда, Рихо эта идиллия, окружённая непролазными вечнозелёными лесами, упорно наводила на не самые радостные раздумья. Он не мог отделаться от мысли о том, что именно такие удалённые селения очень легко превращались из безмятежного рая в кровавый ад. Слишком уж лакомым куском они были для всяческой мрази. В том числе и той, дело с которой имело его родное ведомство.
