– Нет, не одна. Я не запомнила лицо своего кавалера, который был прекраснее всех остальных молодых людей на балу. Мы парили с ним в воздухе, и все рукоплескали нам.
– Наверное, это был прекрасный принц. Как его имя?
– Не знаю. Он не назвался мне. – Элина зевнула, потерла кулачками глаза и грустно сказала:
– Жаль, что сон закончился…
– Не расстраивайся! Твой настоящий бал впереди. Подрастёшь, встретишь своего принца и наяву станцуешь с ним замечательный танец, – утешила девочку Милана и поднялась поправить помявшееся от сидения платье.
Во дворе призывно заржали кони.
Мирдан взял жену под руку и начал прощаться с хозяевами дома.
– Извините, нам пора ехать домой! Хорошее быстро кончается. Спасибо за радушный приём.
– И вам спасибо, что навестили нас! – вежливо отозвался Гонтарь. – Ликея, проводи гостей.
Ликея в свою очередь сказала, что будет рада видеть Мирдана и Милану в любое удобное для них время.
– Наш дом – ваш дом, – добавила она слова, сказанные в своё время Гонтарем царице.
Мирдан и Милана вернулись во дворец, и время для Мирдана словно остановилось. Совместные с Миланой конные прогулки за стены дворца и редкие поездки в Лонион для проверки состояния своих судов вносили некоторое разнообразие в монотонную дворцовую жизнь Мирдана, но не спасали от скуки. Со дня отъезда Марина прошло больше трёх недель.
Находясь в порту, он надеялся получить какие-нибудь вести от бывшего разбойника, но вестей не было. Мирдан подолгу стоял на крутом скалистом мысу неподалёку от старой прибрежной крепости и смотрел на море. В его памяти всплывали события давно минувших дней.
Любознательная его натура жаждала новых впечатлений и познаний о неведомых странах. Ему хотелось как можно больше узнать о быте и нравах других народов. Тоска по морскому простору постепенно завладела сердцем юноши, и грусть поселилась в его сердце.
Милана, в отличие от мужа, с детства привыкла к монотонноразмеренной жизни дворца, и это однообразие не тяготило её. Она всё чаще видела любимого с грустным лицом, и от этого ей становилось тоже тоскливо. Царевна как могла отвлекала мужа от грустных мыслей, но с каждым разом это делать ей оказывалось всё труднее – больно мал для этого был арсенал её возможностей.
Царица тоже скучала. Её деятельная натура жаждала активности и интриг. «Ах, как давно у нас не было приёмов и балов!» – зевая от скуки, думала Карина, пока, наконец, не решилась воспользоваться грустным настроением зятя и дочери как поводом уговорить мужа организовать какое-нибудь светское развлечение. С этой целью она пришла в его кабинет и скромно уселась в кресло у окна.
Царь поднял голову от деловых бумаг, ожидая, что жена скажет о цели своего визита, но Карина взяла со стола книгу и начала лениво листать её. Стамир углубился в записи и на время забыл о её присутствии в кабинете.
Карина выдержала паузу и бесцветным голосом обронила:
– Что-то наши молодожёны загрустили, а у Миланы от этого начал портиться цвет лица…
Стамир от звука голоса жены вздрогнул и недовольно посмотрел в её сторону через плечо. Он хотел что-то сказать, но передумал и снова заскрипел пером.
Карина изменила тактику, притворно зевнула и посетовала:
– И мы с вами давно не слышали свежих городских сплетен. Может, организуем в ближайшие дни приём или бал?
Царь перестал скрипеть пером, вздохнул и оставил предложение жены без ответа.
Карину задело его равнодушие, и она пустила в ход последний, главный свой козырь.
– Представляю, как расстроится купец, когда вернётся из плавания и увидит бледное, грустное лицо сына. Что он подумает о нас и захочет ли после этого вести с нами торговые дела?
Стамир отложил перо в сторону и медленно, всем корпусом повернулся к жене.
– Дорогая, вам не хуже моего известно нынешнее состояние нашей казны! Светское развлечение – это дополнительные расходы, на которые в данный момент у нас нет средств, – с раздражением заметил он.
Карина напустила на себя обиженный вид, бросила книгу на стол и поднялась, чтобы уйти, как вдруг ей в голову пришла спасительная идея. Она мягкой поступью подошла к мужу, многообещающе улыбнулась ему и, ласкаясь, потёрлась щекой о его щеку.
Стамир замер, а Карина томно проворковала:
– Милый, кто сказал, что приём или бал нужно устраивать во дворце? Намекните градоначальнику Логопуша Илиану, что вы готовите указ о ежегодном проведении праздника города и в качестве особого благоволения доверяете ему выступить с инициативой и открыть список первым.
– А если Илиан откажется под видом недостаточности или отсутствия для этой цели средств в городской казне? – засомневался Стамир.
– Ну что вы, дорогой! Это невозможно! Вы знаете, что ваше слово для подданных, независимо от их ранга, равносильно приказу. Даже если городская казна окажется пустой, Илиан из опасения получить отставку не сознается в этом. Он истратит последние свои сбережения, лишь бы угодить вам. Думаю, трех дней ему будет достаточно, чтобы изыскать необходимые для праздника средства.
Стамир с восхищением посмотрел на жену и в который раз поразился её смекалке.
