Аманда хотела бежать, но от страха не сдвинулась с места. Овчарка неслась на неё. Вдруг из травы, совсем рядом, вырвалось что-то и резко метнулось. Пёс промчался мимо Аманды, вслед за быстрым серым пятном.
– Стоять! – кричал полицейский. – Ко мне!
– Зайцев здесь много, – усмехнулся другой, – один раз учения были по охране перехода, собак привезли, потом еле угомо-нили.
Аманду пробил озноб, но боль постепенно ушла. Все женщины их городка, кого сразил тот недуг, начинали примерно так же – боль, воспаление, смерть.
Через пару минут собаку поймали.
– Сидеть! – скомандовал голос, но пёс всё ещё рычал.
– Ну, что там? – На холм забрались люди в костюмах.
– Зайца учуял, чуть не удрал!
Пёс продолжал рычать.
Теперь зашуршало с другой стороны.
Собака оскалила зубы, второй заяц или всё тот же выпрыгнул из кустов и побежал на холм.
Овчарка вырвалась и с лаем бросилась следом, прямо в руки своих хозяев. Те прижали её к себе.
– В городе уже смотрели? – крикнул полицейский снизу.
– Камеры на въезде её не засекли. Ни с той, ни с другой стороны.
– Может, она прошла мимо камер?
– Здесь мимо никто не пройдёт!
Люди с собакой ушли, а эти двое так и остались.
– Ну что? Осмотрим туннель и пойдём? Пост как-никак без охраны.
Два света от их фонарей отдалялись, медленно ползя по земле, всё дальше и дальше в темень, пока не исчезли совсем.
Она поднялась из травы. Полицейских уже не было видно, они будто провалились под землю, только лучи фонарей мелькали откуда-то снизу, служа ей маяком.
Аманда легла на землю и поползла к тому свету. Вскоре послышался скрип, металлический, будто бы ржавый. Это был звук петель.
Она подползла чуть поближе, потом ещё и ещё, пока не увидела Вход.
Вниз уходили ступени, упираясь в высокие двери.
Из темноты доносились их голоса. Вдруг что-то щёлкнуло, и всё внизу осветилось. Это был старый туннель.
Аманда сошла вниз по ступеням, скользнула за открытую дверь и притаилась за ней. Нащупав на земле пару камней, она спрятала их за спину.
Шаги возвращались к ней, они были всё ближе и ближе.
– Я же сказал, никого.
– Конечно, дверь же была на замке.
– Ну и зачем здесь искать? Сами её прозевали, а нам разгребай.
– Нельзя было не проверить.
Когда они были у входа, Аманда бросила камни в траву, подальше от себя и туннеля.
– Слышал? – Полицейские переглянулись и побежали наверх, спотыкаясь на каждой ступени.
– Тьфу ты, чёрт! – стояли они наверху, освещая тишь фонарями. – Опять чёртовы зайцы.
– Пошли уже скорее отсюда.
– Подожди, только закрою двери.
Шаги уже давно растворились, голоса ещё раньше стихли, но Аманда ещё не включала свет. Она боялась пошевелиться, боялась, что те, кто её искал, вернутся опять. Выждав ещё десять минут, нащупав на стене выключатель, она щёлкнула и закрыла глаза рукой.
Свет, хоть не яркий, но бьющий прямо в лицо, рассеялся по туннелю, оголив его бетонные стены и закруглённые потолки. Аманда огляделась по сторонам, сделала шаг – он отозвался звенящим эхом. Это был подземный проезд, настоящая дорога. Высокие опоры врезались в такие же высокие потолки, каменные стены держали насыпь.
Она и не знала об этом туннеле, никто о нём ничего не знал. Аманде вдруг показалось, что она не знала вообще ничего о городе, в котором жила, о месте, куда её переселили с момента той катастрофы. Всё было так быстро: новая жизнь и новые люди, проблемы, одиночество, поиск работы, она и не думала куда-то выезжать. Никто о таком не думал. А сейчас, когда эпидемия захватила город, когда сумасшествие пришло почти в каждый дом, никто и не будет искать выход из ада, все просто погрязнут в нём.
Движения не было, никаких следов хоть какой-либо жизни. Но кто-то же по нему проезжал… Иначе зачем бы его охраняли?
Аманда пошла вглубь зовущей её пустоты, и чем дальше она отходила, тем тусклее становился тот свет. Ей вдруг подумалось, что надо было выключить лампу на входе, что если кто-то зайдёт, то сразу поймёт, что она здесь. Но возвращаться она побоялась. Аманда прошла ещё метров двести, когда света совсем не осталось, ни единой лампы вокруг, и как бы она ни ощупывала стены, не могла найти ничего. Она шла по темноте, спотыкаясь, натыкаясь на какие-то выступы или это были опоры туннеля. Когда прошло около получаса, она вспомнила про свой телефон. В нём был фонарик. И как она забыла о нём…
Телефон включился. Зажёгся фонарь. На экране три пропущенных от сержанта. Зачем ей звонил этот Тадовски? Может, он всё же нашёл Эбигейл? На экране мелькало одно голосовое. Только сейчас она поняла, что в этом туннеле отлично работает связь.
Она приложила телефон к уху.
– Аманда, это сержант Тадовски, – раздался записанный голос. – Если вы не вернётесь в участок в ближайшие 24 часа, я буду вынужден внести вас в число подозреваемых по делу о пропаже Эбигейл Линч.
– Они её не нашли, – прошептала Аманда и выключила запись и связь.
Тусклый свет фонаря телефона не освещал и на пару шагов. Аманда не знала, сколько ей придётся пройти и есть ли вообще там выход. Сверху струилась вода, и чем дальше она проходила, тем становилось сырей.
