Железный дворец полностью

Фроан или лорд Бахл – Хонус не мог решить, какое имя подходит больше, – поймал взгляд Хонуса и тревожно улыбнулся ему. Затем бородатый жрец коснулся плеча молодого человека, и тот отвернулся. Казалось, все знали, что делать дальше, и делали это молча. Сын Йим подошёл к тому месту, где на камне лежала голова его матери. Бородатый жрец взял обсидиановый нож и встал рядом с ним. Другой жрец отступил на шаг. Затем жрец с ножом повернулся и посмотрел на солнце. Хонус проследил за его взглядом. Солнце было таким красным, что казалось, будто его свет окрасил море в цвет крови. Оно быстро садилось. Когда оно коснулось воды, Хонус краем глаза заметил движение: жрец вонзил каменный нож в воду.

Настороженно прислушиваясь, Йим ждала признаков прихода Фроана. После того как стоны прекратились, она слышала только ветер и тихие шаги. Люди передвигались по площадке «железяки», поднимались и спускались по лестнице, но она почти не знала, что они делают. Наверное, готовятся к ритуалу, подумала Йим. Они молчат, потому что они всего лишь слуги. Новый запах смешался с запахом океана и резких трав, которыми благоухала ее кожа: это был запах крови. Это говорило о том, что ритуал вот-вот начнется, но ничего не происходило, только продолжались приходы и уходы. Йим продолжала прислушиваться к голосу сына.

Затем Йим почувствовала, как в ее шею вонзилось лезвие и хлынула кровь. Мгновение спустя она почувствовала холодные губы на ране. Губы Фроана! Однако, какими бы травмирующими и шокирующими ни были эти ощущения, над ними доминировало другое: Йим почувствовала, как злобная тварь внутри нее раздувается от триумфа, когда две ее части соединились. Кровь перешла от нее к Фроану, и она снова стала единым целым. Пожиратель остался внутри нее, но он стремительно переходил к Фроану. И все же на данный момент он объединял и связывал их, как пуповина. Йим инстинктивно понимала, что Фроан не в силах оторвать свои губы. Это стало бы возможным только после того, как Пожиратель полностью вошел бы в него.

Тогда Йим вспомнила совет Старейших держаться за тень и наконец поняла его смысл. Пожиратель теперь един и может занимать только одно тело – Фроана или мое. Усилием воли и материнской любви Йим решила, что тело не будет принадлежать ее сыну. Укрепившись в борьбе с тенью, Йим схватила его. Это было не столько физическое действие, сколько движение по Темному пути, где мысль эквивалентна действию. Тем не менее, борьба была напряженной.

Йим почувствовала, что схватила нечто холодное и склизкое, существо, похожее на огромного и мощного слизняка. Это было настолько мерзко, что ей пришлось бороться с желанием отпустить его. Она держала крепко, но ее противник продолжал проникать в ее сына. Казалось, вся ее жизнь свелась к этому единственному поединку, и она его проигрывала. В отчаянии Йим подумала: «Как мне преодолеть силу зла?» И тут в ее голове прозвучали слова: любовь – твоя сила. Йим не могла понять, исходит ли это высказывание от Карм или принадлежит ей самой. Она знала только, что это правда.

Йим подумала о тех, кого любила: Фроан и Хонус, Кара и Кронин. Хомми и Хамин. Гурди. Хендрик. Раппали. Даже Гатт. Каждое имя предполагало другое, и, когда имена кончились, она подумала о безымянных страдальцах: верные, убитые в храме Карм. Жертвы войн и междоусобиц. Те, кто попал в рабство. Все души, жаждущие сострадания. Лайла и Чертополох называли меня Матерью, подумала она. И Старейшие тоже. Наконец Йим почувствовала, что это имя ей подходит, ведь в тот момент она была матерью каждого, боролась ради каждого. Она любила всех, кто когда-либо жил, и от этой любви исходила сила.

Сила Пожирателя заключалась в страхе и ненависти. Любовь была ему чужда, как и его сила. Это дало Йим преимущество неожиданности. Тварь, которую она схватила, извивалась, не в силах вырваться. Тогда Йим напряглась и потянула его к себе. Вскоре она поняла, что вытягивает зло из своего сына. Йим чувствовала, как оно растет внутри нее – мерзкое, холодное и ужасное, – но она не сдавалась. Поняв, что побеждает, Йим удвоила усилия. Внезапно губы на ее шее стали теплыми и отпали. Йим вместила в себя всю сущность своего врага. Она точно знала, что нужно делать. Что необходимо. Она поднялась и устремилась к солнцу и морю.

***