Когда Фроан взмахнул рыболовным крючком, Мад был слишком напуган, чтобы вздрогнуть. Железный крюк с мясистым стуком глубоко вонзился ему в шею. Затем Фроан дернул за рукоятку, вырвав Маду горло в струе крови. Огромный человек рухнул на палубу и коротко конвульсировал, после чего затих.
После этого Фроан двинулся через растекающуюся багровую лужу к Снапперу, который смотрел на него с ужасом. Убийство Мада активизировало темную сущность внутри Фроана. Когда он заговорил, в его голосе послышалась новая сила, звучавшая одновременно холодно и убедительно.
– Каковы были планы капитана? Действительно ли мы должны были взойти на борт военного судна?
– Да, – кротко ответил Снаппер, не в силах отвести взгляд.
– И что дальше?
– Мы с Мадом должны были отплыть, – ответил Снаппер. – Или ты сгоришь вместе с кораблем, или тебя разорвет на куски.
Фроан холодно улыбнулся.
– Капитан, должно быть, считает нас доблестными людьми. Разве он не боялся, что мы сдадимся и заговорим?
– Да, он беспокоился об этом. Поэтому он планировал перебраться в другое укрытие, как только вы скроетесь из виду.
– Где это место?
– Немного ниже по реке от старого убежища. Это большой остров рядом с семью другими.
– И где он разобьет лагерь?
– В ложбине на юге от единственного холма. Там будет пруд.
Фроан отбросил крюк.
– Спасибо, Снаппер.
– Я могу помочь тебе, Тень. Если что понадобится, я тебе помогу. А Моли я только потрепал. Я ее не бил.
– Я рад это слышать, Снаппер. И есть еще одна вещь, которую ты можешь для меня сделать.
– Конечно, все, что захочешь.
Фроан крутнулся и с такой силой вонзил кинжал в грудь Снаппера, что тот вошел по самую рукоять.
– Ты можешь умереть, – сказал он. Фроан почувствовал второй всплеск энергии, когда вынимал клинок – для этого ему потребовались обе руки. Затем он ударил ногой свою мертвую жертву, опрокинув ее в реку.
Когда труп Снаппера скрылся из виду, Фроан повернулся лицом к своим людям. От него исходила сила иного рода – та, что внушала не ужас, а бесстрашие. Фроан увидел, что их глаза загорелись от возбуждения, как перед резней на скотовозке. Выражение лиц мужчин не имело того неистовства, что было раньше, потому что оно еще не требовалось. Тем не менее, Фроан видел, как он властвует над ними и воспламеняет их дух. Он не сомневался, что они подчинятся ему, даже если это будет означать смерть.
– План капитана нам очень нравится, – сказал Фроан, – и мы отчасти будем ему следовать. Приготовьтесь к своей судьбе. После этой ночи ничто уже не будет прежним.
Был уже поздний вечер, когда Фроан и Чоппер подплыли к военному судну. Лужа крови была смыта с палубы их лодки, а оставшиеся следы смешались с пятнами крови бесчисленных рыб. Телк, Угорь, Змей, Жаба и Гугер лежали в корзине для рыбы, прикрытой уловом убитых рыбаков. Фроан обратился к военному кораблю с убедительным, как он надеялся, акцентом:
– Здравствуйте, добрые сэры. Не желаете ли поужинать рыбой?
Солдат высунул голову из-за борта.
– Я вижу там осетра?
Фроан шепнул Чопперу:
– Который из них?
– Большой, – шепнул Чоппер в ответ.
– Ага, – сказал Фроан. – За два медяка он твой.
– Он свежий?
– Вчера поймал.
– День назад? Да ну! У вас слишком дорогая цена.
– Прежде чем ты так скажешь, знай, что в округе есть пираты. Это рискованная работа – тащить сеть.
– Уже нет, – сказал солдат. – Мы заманили их в ловушку на болоте. Это не хуже, чем болтаться на столбе.
– Тогда благослови вас, сэр, за эти радостные вести. И возьмите осетра с моей благодарностью.
Фроан взял рыбу из корзины и, балансируя на своей гребной скамье, передал ее солдату.
На протяжении всего разговора Фроан присматривался к каждой детали военного судна, особенно к тем, которые могли повлиять на его планы. По сути, судно представляло собой плавучую деревянную крепость. У него было две прочные мачты, но ни одна из них не поддерживала реи и паруса. Вместо этого они были увенчаны деревянными платформами для лучников и дозорных. Фроан заметил на каждой по четыре человека.
Несмотря на две палубы, борта у военного судна были низкими, и Фроан решил, что взобраться на него будет довольно просто. И нос, и корма были застроены, упираясь в главную палубу. На носу имелась одна дополнительная палуба, а на корме – две. Корма представляла для Фроана особый интерес, поскольку именно там размещались офицеры корабля. Нижняя каюта имела дверь, выходящую на главную палубу. Фроан предположил, что самая верхняя каюта принадлежала капитану, а небольшая палуба перед входом в нее была местом, где он стоял, чтобы отдавать команды.
Фроан насчитал на борту корабля тринадцать отверстий для весел, что означало, что на борту могло находиться до семидесяти восьми гребцов. Поскольку они были прикованы к своим скамьям, во время штурма им ничего не грозило. Сложнее было судить о количестве солдат, с которыми ему придется столкнуться. Хотя с верхней палубы было видно немного, а с нижней – совсем ничего, он заметил более дюжины бойцов и предположил, что их на борту по крайней мере в несколько раз больше.
Вручив солдату осетра, Фроан сел и взялся за весла.
