«Но что, если он напишет, что не знал?» Арфель поежилась и постановила себе не нервничать. Она вовремя обо всем узнала, а что будет дальше… Отец обещал забрать ее из Серого Дола как можно быстрее, а значит, если он сдержит слово, то она сможет не мучиться с письмами, а задать все вопросы, глядя ему в глаза.
«Может быть, он просто не хочет внука-полукровку. Но тут уж придется смириться: я не дам своего ребенка в обиду».
Доверие к отцу, и без того довольно хрупкое, было серьезно подорвано. Один маленький браслет с богатой историей – и у Арфель не осталось никого из родственников, кому она могла бы довериться. Кроме Каэль, но они-то по обряду, то есть по собственной воле. А это не совсем считается.
– А вот и Парадная Аллея, – негромко произнес Сайрен.
Арфель вздрогнула и осмотрелась: вокруг по-прежнему простирался лес. Разве что листья теперь летели над мощеной дорогой.
– Ничего себе, то есть где-то там, – Каэль махнула рукой, – чей-то дом?
– Да. В таких больших особняках, как правило, проживает весь род. Сейчас мы следуем вдоль территории не самого сильного рода. – Сайрен подавил зевок и улыбнулся.– Прошу прощения, плохо спал.
– Все плохо спали, – вздохнула Арфель.
Чем ближе они подбирались к главной площади, тем интереснее становились деревья. Теперь они пролетали мимо ухоженных парков.
– И никого, – прошептала травница.
– Все на площади, – тихо ответил Сайрен. – Встречают вас, леди Льефф-Энтан.
Прошло всего несколько секунд (как казалось Арфель), и оборотень остановил листья. Остаток пути им предстояло пройти на своих ногах.
– Ой, мамочки, – всхлипнула Каэль. – Держись, сестренка. Все будет хорошо!
Арфель четко видела конец Парадной Аллеи – высокая мраморная арка. Если бы у травницы было больше времени, она бы с удовольствием рассмотрела изящный узор. Все немногие книги, хоть сколько-то освещающие быт Серого Дола, говорили о том, что эта арка была построена в то время, когда оборотни только обустраивались на новом месте.
– Время последних наставлений, – усмехнулся Сайрен. – Смотрите только вперед, леди Льефф-Энтан. Смотрите только на своего то-соэлена. Что бы ни происходило между вами, для окружающих вы едины. И это вопрос не вашей безопасности, а безопасности ваших друзей.
– Главное – вовремя сказать, – выдохнула Арфель.
– Вы первая ша-раарти за последние пять сотен лет, – тин Шторм развел руками, – память предков сильна в оборотнях. Но этикета и прочей ерунды это не касается. И да, брак между Илуором нид Льефф-Энтаном и Астарой рид Аверрим еще не был завершен. Именно вы сейчас самая главная самка в стае.
Каэль поперхнулась смешком, но промолчала.
– Кто-то захочет это оспорить? – сухо уточнила леди Льефф-Энтан.
– Вы ждете ребенка, и это уже можно различить. – Сайрен выразительно повел носом. – Новая жизнь священна для оборотней. Мы пойдем позади вас. Не стоит медлить: нас уже почуяли.
– Тогда вперед, – коротко ответила травница.
Поднеся к лицу тонкое запястье, она глубоко вдохнула тонкий аромат своего особого масла. Когда-то этот рецепт ей передала мама. Хотя в той вариации масло было почти ядовитым.
Вдох, другой, третий. В голове кристальная ясность и покой. Она готова увидеть то, что для нее приготовил Илуор. Она готова встретиться с его невестой. Она готова показать себя Серому Долу.
Набросив капюшон на голову, Арфель сделала первый шаг, и в этот же момент у самых ее ног материализовались волки. Они пристроились рядом с ней, подстроились под летящий шаг травницы, и этот своеобразный почетный караул придал ей уверенности.
Пусть ее не допускали на балы и приемы, пусть скрывали от светского общества – мама и нанятые учителя вбили в леди Льефф-Энтан умение скользить над полом так, будто она ничего не весит и касается ступнями земли лишь из прихоти. Ее научили держать голову так, будто вокруг нет никого достойного. Арфель прекрасно умела удерживать на лице легкую, приятную улыбку. И пусть она почти не пользовалась этими умениями, пусть без практики все навыки поистрепались, пусть. Здесь и сейчас ее умений было достаточно.
Арка явно имела какие-то магические свойства: сквозь нее не получалось рассмотреть площадь. Но, как только Арфель прошла ее насквозь, она оказалась под прицелом нескольких тысяч глаз. Травница не дрогнула, не остановилась и не начала озираться. Она четко понимала, что ее цель – это стоящая впереди троица: Илуор, в Рогатой Короне, высокий седой старик (очевидно, жрец) и высокая женщина в винно-алом платье. Вероятнее всего, это была та самая Астара рид Аверрим.
Шаг, еще шаг. Ветер треплет легкий подол и накидку, капюшон немного сполз, и Арфель приподнимает руку, чтобы поправить ткань. И чтобы показать оборотням сразу две сенсации: узы и лунного убийцу.
