| The survivors of the wreck were rescued by an American vessel bound for Liverpool. | Американский корабль, плывший в Ливерпуль, подобрал уцелевших. |
| The ship reached her port on the thirteenth day of October 1850. | Корабль прибыл в порт 13 октября 1850 года. |
| We landed late in the afternoon, and I arrived in London the same night. | Мы причалили к вечеру, а ночью я был уже в Лондоне. |
| These pages are not the record of my wanderings and my dangers away from home. | Не буду описывать здесь мои путешествия и бедствия, пережитые вдали от родины. |
| The motives which led me from my country and my friends to a new world of adventure and peril are known. | Причины, по которым я покинул свою страну, друзей и родных для нового мира приключений и опасностей, уже известны. |
| From that self-imposed exile I came back, as I had hoped, prayed, believed I should come back-a changed man. | Из своего добровольного изгнания я вернулся, как надеялся и верил, другим человеком. |
| In the waters of a new life I had tempered my nature afresh. | Испытания моей новой жизни закалили меня. |
| In the stern school of extremity and danger my will had learnt to be strong, my heart to be resolute, my mind to rely on itself. | В суровой школе крайней нужды и лишений воля моя стала сильной, сердце мужественным, разум самостоятельным. |
| I had gone out to fly from my own future. | Я уехал, спасаясь от собственной судьбы. |
| I came back to face it, as a man should. | Я вернулся, чтобы встретить судьбу, как подобает мужчине. |
| To face it with that inevitable suppression of myself which I knew it would demand from me. | Вернулся к неизбежной необходимости подавлять свои чувства, зная, что так суждено. |
| I had parted with the worst bitterness of the past, but not with my heart's remembrance of the sorrow and the tenderness of that memorable time. | Горечь ушла из моих воспоминаний, осталась только печаль и глубокая нежность к тем счастливым, незабвенным минувшим дням. |
| I had not ceased to feel the one irreparable disappointment of my life-I had only learnt to bear it. | Раны прошлого не зажили. Я не перестал чувствовать непоправимую боль из-за обманувших меня надежд, но научился нести свой крест. |
| Laura Fairlie was in all my thoughts when the ship bore me away, and I looked my last at England. | Лора Фэрли жила в моем сердце, когда корабль уносил меня вдаль и я в последний раз глядел на исчезавшие в тумане берега Англии. |
| Laura Fairlie was in all my thoughts when the ship brought me back, and the morning light showed the friendly shore in view. | Лора Фэрли жила в моем сердце, когда корабль нос меня обратно и утреннее солнце озаряло приближавшиеся родные берега. |
| My pen traces the old letters as my heart goes back to the old love. | Перо мое пишет имя, которое она носила прежде, в сердце моем по-прежнему живет старая любовь. |
| I write of her as Laura Fairlie still. | Я все еще пишу о ней, как о Лоре Фэрли. |
| It is hard to think of her, it is hard to speak of her, by her husband's name. | Мне трудно думать о ней, трудно говорить о ней, называя ее по имени ее мужа. |
| There are no more words of explanation to add on my appearance for the second time in these pages. | Мне нечего больше прибавить к моему вторичному появлению на этих страницах. |
