Для как-то заинтересовавшихся сообщаю, что в дальнейшем от подобной практики отказались. Ибо выяснилось, что само по себе простое механическое увеличение количества будущих врачей-мужчин за счет введения для них вступительных льгот не оправдывает себя: вслед за относительно легким приемом мужчин в мединституты, буквально спустя пару месяцев начинался и вполне сопоставимый по масштабам отток их из стройных студенческих рядов. По закону жидкости, налитой в дырявый сосуд: больше налили — больше вылилось!
Причина одна: более слабые студенты не выдерживали напряженных учебных нагрузок и, не справляясь с программами обучения, вылетали и вылетали из ПГМИ. Понятно, что 22,5-балльные студентки знали больше своих 17,5-бальных коллег! Справедливости ради следует сказать, что и студент студенту также был — рознь. Среди представителей сильного пола в ПГМИ, в свою очередь, можно было смело выделить как минимум две подкатегории: отслуживших в Советской армии ("дембелей", "дедов", "стариков" и так далее) и прочих, то есть совсем "зеленых" еще вчерашних школьников.
"Дембелям", несмотря на весь комплекс присущих им замечательных свойств и качеств (уверенное знание жизненных реалий, умение самостоятельно принимать ответственные решения, житейскую основательность), увы, пришлось хуже всего — годы, проведенные ими в казармах и кубриках, в тревогах и учениях, изрядно подвыбили, подвытряхнули из некоторых бывших воинов существенную часть базовых школьных знаний, но это было, пожалуй, еще полбеды. Самое же неприятное заключалось в том, что многие из экс-военнослужащих внутренне, "идейно" уже отвергали, как наивную, саму психологию, так называемого, "школярства", "коротенькие штанишки" которого они навсегда переросли. "Школярства", в хорошем смысле этого слова, как некой наивной ученической еще усидчивости, романтического желания получить отметки повыше, самоотверженной готовности грызть гранит знаний. Без которых трудно, если вообще возможно, было освоить сухую, требующую педантизма и точности медицинскую науку. Поэтому именно демобилизованные воины, увы, и попадали под безжалостный молох экзаменационных сессий и зачетных передряг I и II курсов первыми. (При этом тут же оговорюсь, это касалось далеко не всех бывших военнослужащих. Многие студенты из их числа учились хорошо, успешно преодолевая выпавшие на их долю испытания и временные трудности).
Хоть и не радужнее, но все же в чем-то привлекательнее просматривалось ближайшее будущее для вчерашних школьников (к которым относился и я). Хотя разница в исходной подготовке со студентками, безусловно, также сказывалось и в этом случае. Но в отличие от "дедов", "стариков" и так далее, имели вчерашние школьники не траченные армейской молью, совсем свежие еще знания. И сильную мотивацию учится, поскольку для них вылет из института почти наверняка, едва ли не автоматически, означал службу в армии! А перспектива оказаться вместо теплых студенческих аудиторий и лабораторий где-нибудь далеко-далеко во вьюжных снегах забайкальского края возле самой таежной китайской границы не слишком-то радовала и прельщала! Наверное, именно это позволило многим из вчерашних школьников не только благополучно уцелеть, выжить в ходе сессий и иных студенческих испытаний, сохранив свой студенческий билет, но и постепенно догнать, дотянуться до уровня "высокобальных" однокашниц своих.
ЖИЗНЬ ПРОЖИТЬ — НЕ ПОЛЕ ПЕРЕЙТИ!
Мне приходится бывать на распределениях выпускников нашего Российского национального исследовательского медицинского университета (РНИМУ им. Н.И. Пирогова). Вот и недавно распределялись очередные выпускники-вечерники педиатрического факультета…
Вообще, "вечерники" — и об этом нужно отдельно упомянуть! — "особ стать". Эта категория студентов, которая традиционно пользуется уважением преподавателей мединститутов. И не только потому, что пришли они ("вечерники") в медвуз не абы как, не с кондачка, не с бухты-барахты, а именно, осознанно, сделав выбор свой жизненный решительно и окончательно; не только потому, что многие из них уже имеют ко времени поступления законченное среднее специальное медицинское образование, и что весь период учебы эти труженики и труженицы медицинского фронта еще и изрядно потрудились на ниве московского здравоохранения: кто — в стационарах и поликлиниках — медицинскими сестрами, кто — фельдшерами на линейных бригадах скорой неотложной медицинской помощи. А некоторые — и на специализированных успели "хлебнуть лиха"! Не менее перечисленного, подкупает нас, преподавателей, в "вечерниках" еще и то, что они чуть постарше, и в чем-то серьезнее, мудрее, обычных, остальных студиозусов, что многие из них не только успешно обучаются сами, но — и растят, воспитывают, "ставят на крыло" уже и собственных детей.
