Учатся "вечерники", как правило хорошо, или очень хорошо: почти у четверти дипломы — "с отличием", а еще у трети — количество "троек" за семь лет обучения не превышает пяти! Это из четырех с лишним десятков экзаменов! (Такая успеваемость, в свою очередь, позволяет Ученому Совету рекомендовать таких молодых врачей не просто к прохождению обучения в клинической интернатуре по специальности "педиатрия", но и минуя эту, первую профессионально-образовательную ступень, — к непосредственному обучению уже в клинических ординатурах по избранным врачебным специальностям).
И вот, по завершении протокольной части мероприятия стали и мы, преподаватели, то ли в шутку, то ли всерьез, "подсчитывать" — кто громче, а кто, как я, потише, поскромнее: а сколько было "троек" у нас-то самих, в наших-то собственных студенческих зачетных книжках? А то у других считать — мы горазды, а у себя? Нечестно, знаете ли, как-то получается…
Тут же выяснилось, что не все так просто… Мы заканчивали ВУЗы немыслимо давно… В прошлом веке! В другой стране! Многие из нас не удосужились в свое время получить специальный вкладыш к диплому, где собраны вместе все оценки из зачетных книжек (не принято было такое в наши заскорузлые времена). Правда, кажется мне, что я переносил данные эти в "ручном" уже, так сказать, режиме, переписывал всю важную эту информацию на отдельный лист. Но, ведь, жизнь прожить — не поле перейти: по ходу всех моих переездов после выпуска из института "документик" данный, как это часто случается, взял, да и запропастился куда-то! Ищи-свищи его теперь!
Полагаю, впрочем, что учился я не хуже большинства нынешних студентов. Косвенное подтверждение тому — тот факт, что получал стипендию. Практически, все время обучения. Впрочем, было одно исключение…
Известно, что у каждого есть свои "скелеты" в шкафу. Укрытые надежно в самых отдаленных закоулках памяти. Которыми не слишком-то мы гордимся и о коих не особо распространяемся…
Не избежал сей участи и я, на втором курсе обучения едва не вылетев из ПГМИ… И — поделом! А что еще прикажете делать со студентом, не сдавшим в отведенные для этого сроки серьезнейший экзамен? Не выдержавшем испытания по нормальной анатомии человека? Допустившем столь серьезную академическую задолженность?!
Почему, как это случилось, произошло? Для ответа на этот вопрос придется "погрузиться" в специфику жизни среднестатистического студента медицинского ВУЗа.
Не открою никаких "америк", если "неожиданно" сообщу, что на успеваемости студента сказывается буквально все: и трудности перехода от наивного школярства к институтской образовательной системе, и проблемы и особенности студенческого бытия, быта, и специфика учебного заведения и многое, многое другое.
Коль скоро мы уже заговорили об этом, обозначим некоторые важные проблемы этого переходного периода (хотя, не думаю, что и для нынешнего студента-медика что-то существенным образом, по большому счету, изменилось!). Вот, по моему мнению, самый краткий перечень:
Синдром "белки в колесе";
Хочу — посещаю, не желаю — пропускаю!;
Синдром тонущего "Титаника";
Ее Величество — АНАТОМИЯ;
Синдром страха мертвого;
Синдром нигилизма, цинизма и "воинствующего атеизма";
Синдром "застрявшей в горле" латыни.
Синдром белки в колесе
Впечаталось, вцементировалось в память: занятия в мединституте почти всегда начинались еще в темноте и заканчивались уже затемно.
"Благодарить" за это следует наши, разбросанные по всему городу, учебные корпуса и базы. Ведь занятия проходили на разных, весьма удаленных друг от друга территориях. Учебное расписание составлялось с учетом всевозможных временнЫх "допусков", "зазоров" и "люфтов", то есть, времени для необходимых переездов. Биология, история КПСС, гистология, анатомия, лекции — преподавались в главном корпусе; физика, общая химия, количественный анализ — в теоретическом. А это, как говорят в Одессе, две большие разницы!
Вот, к примеру, допустим у вас сегодня, согласно расписанию, три учебные "пары". На круг это, вроде бы, немного: в чистом временном выражении, всего лишь 4,5 часа (1,5 ч х 3), плюс перерывы еще 40–50 минут, плюс 30–40 минут на обеденный перерыв. Итого: около 6 часов. То есть с 9.00 до 15.00! Все! Но не спешите спешить! Ведь, первая "пара" — это лекция, которая читалась в главном корпусе, а две оставшиеся — практические занятия, на которые надо было переезжать в теоркорпус… Значит, добавим к расчетному времени еще минут пятьдесят (на переезд, раздевалки-одевалки, "трамвай пришел вовремя", "трамвай не пришел вовремя…"). А бывало, что одна из двух оставшихся "пар" проходила в теоркорпусе, а на потом снова надо было возвращаться в главный! Плюс какое-нибудь собрание, вызов в деканат, читальный зал, библиотека, профком, репетиция, да мало ли что… В итоге, всегда возвращаешься домой не раньше 8–9 часов вечера, чтобы с утра все повторилось сначала…
