Вот, оказывается, почему Женьку охватило такое странное оцепенение, когда она заметила, что у сына жар. Она и сама уже была к тому моменту больна. Серого, зимнего, мутного света, проникавшего из расщелины, было так мало, что Алене никак не удавалось рассмотреть ауру Левки и его мамы. Живы они или нет? Может, болезнь оказалась скоротечной пневмонией или еще чем-то настолько же страшным, и ее пустые метания по ночному подъезду никак не помогли спасти их?
Алена тряхнула головой. Бесполезно сейчас гадать. Они поднимутся наверх, и тогда она сама все увидит.
– Вон наверху щель, видите?
Они задрали головы.
– Ну?
– Сейчас давайте представим себе, что спим, поэтому гравитация на нас не действует.
– Что? – спросил Лева, причем не у Алены, а у своей мамы.
Трудное слово, не для дошкольника. Алена опустилась перед ним на колени.
– Ты во сне умеешь летать, Август?
– Кто? – переспросила Женька, не знавшая придуманного сыном имени, но ей никто не стал отвечать.
Мальчик помялся, взглянул на маму, как бы затем, чтобы она подсказала ему правильный ответ, потом кивнул.
– Вот и представь, что ты спишь. И умеешь летать.
– Да, точно, я просто сплю! – пробормотала с облегчением Женька.
Ах, если бы только.
– А я, мам? – возмутился Левка.
– А ты мне снишься. И Кривицкая тоже. Это все объясняет.
– Мам!!
– Отстань от нее, малыш. Пусть. Давай мы с тобой возьмемся за руки – и вверх.
– Кривицкая, стой!
Алена взяла холодную ладошку и немножко приподнялась над каменным полом пещеры.
– Видишь, вот так все просто. Полетели? Я высажу тебя наверху и вернусь за мамой.
– Стой, Лев, я тебе не разрешаю!
– Жень, это единственный вариант. Мы можем блуждать тут неизвестно сколько в поисках выхода, и не факт, что он есть вообще. Вы же не через него вошли в эту пещеру? Может, это не более чем полость внутри скалы.
– Нет. Лев, я не разрешаю. Дай руку маме. Отойди от тети.
Она дернула ребенка к себе.
Н-да. Никто и не обещал, что будет легко.
Мнения разделились. Женя предлагала двигаться дальше, Алена же боялась уйти далеко от удобной щели, через которую можно выбраться прямиком на воздух, и потерять ее навсегда. Лев, он же Август, хныкал, что устал и хочет домой. Алена его понимала.
В результате они все уселись на каменный пол и долго смотрели, как течет мимо быстрый ручеек: сбегает со скалистой стенки, прыгает по уступам и потом теряется в темноте.
– У тебя когда-нибудь были такие сны, чтобы ты столько времени сидела и пялилась в стену? – спросила у Женьки Алена.
Та покачала головой.
– Послушай меня, буквально одну минуточку. Время играет против тебя. С большой долей вероятности в нашем мире ты…
– «В нашем мире»?!
– В нашем мире, да. Сейчас ты в другом, если ты об этом. Итак, в нашем мире ты – с большой долей вероятности – опасно больна. И Левка тоже. Если я сейчас не пропихну вас на воздух, вы умрете.
– Тут?
– И тут, и там. Везде. Ты у себя одна. Но если ты упорствуешь и считаешь, что видишь сон, то чем тебе грозит небольшой полет? Причем вверх, а не вниз. Я же не предлагаю тебе выпрыгнуть из окна.
При этих словах Алене вспомнился Питер, их первая встреча в «нашем» мире, в транзитной квартире, когда он предлагал ей воспользоваться именно таким путем, а она ему не верила. Что ж, там был и другой выход… а тут еще бабушка надвое сказала.
– «Божья коровка, полети на небо, дам тебе хлеба», – процитировал Левка.
– Смотри.
Алена вновь взмыла над полом, хоть и не слишком высоко, чтобы не нервировать мальчика.
– Тут это легко. И у тебя тоже получится. А если получится – представь, как будет здорово. В том, что Лев сможет взлететь, я вообще даже не сомневаюсь. А вот тебе надо потренироваться.
Женька хмыкнула, но даже не подумала встать на ноги.
Алену это начинало утомлять. В конце концов, у нее на острове и так полно дел, и Федора она так давно не видела, сколько можно сидеть тут под землей и ломать комедию?
– А если вы не взлетите, то я вас съем.
Она распахнула руки и позволила им превратиться в крылья летучей мыши. Наверное, это выглядело впечатляюще. Женька сразу вскочила и прижала к себе Левку.
– Быстро.
– Это всего лишь сон, – сказала Женька.
– Конечно. И я вас съем. Во сне всегда так, да? Быстро! Беги! Вверх! В полет!
Она растопырила пальцы и взмахнула кожистыми крыльями.
Женька взвизгнула и, схватив сына в охапку, бросилась наутек. Забавляясь, Алена с шипением кинулась ей под ноги, вынуждая одноклассницу избрать единственный возможный путь – наверх, к расщелине.
Полет не составил им никакого труда, как Алена и ожидала. Она свернула крылья, глубоко вздохнула и последовала за Женькой и Львом, но уже в человеческом обличье.
Минута – и все они стояли на гребне скалы.
Отсюда открывался прекрасный вид, особенно в хорошую погоду. Сейчас серое море-океан сливалось с таким же серым небом, а лес почти совсем скинул пожелтевшую листву, и только корабельные сосны неизменно зеленели – но тоже, казалось, потускнели и выцвели, скучая по солнцу.
– Что это? – пискнула Женька.
– Это остров. Я тут живу.
– Ты психичка.
– Ну что есть, то есть, – улыбнулась Алена. – Домой-то не хотите?
