Жизнь евреев в России полностью

Для поддержания своего существования приходилось бороться человеческими средствами. И евреи прибегали к тому средству, которое было наиболее действенно по условиям окружающей жизни. Евреи покупали, в прямом и полном смысле этого слова, право на жизнь. Если бы законы о евреях в течение более века осуществлялись во всей их полноте, вряд ли еврейский народ мог бы их пережить, сохранив человеческий облик. Евреи покупали себе облегчение на местах, в глухих углах, в губернских центрах и столице. Последние крохи бедняка уходили на то, чтобы не быть изгнанным с векового места жительства, чтобы не лишиться права на занятие, чтобы получить разрешение восстановить ветхое здание молельни, чтобы не заплатить 300 рублей штрафа за уклонение от воинской повинности сына, скончавшегося в младенческих годах, – каждый шаг еврея требовал своей оплаты…

Если бы историческая жизнь евреев в России складывалась в течение минувших 130 лет под одним лишь воздействием правительственной власти, то можно было бы ожидать, что в обновленной России еврейское население с первою же зарею свободно осуществит свое равноправие. Но беспристрастное изучение прошлого убеждает, что в злом деле, которым еврейское население в течение столь долгого времени ограничивалось в гражданских и человеческих правах, в этом великом человеческом жертвоприношении, принимала участие не одна лишь правительственная власть, но и разнообразные общественные группы. И в этом-то и таится трагизм еврейского существования в России. Можно думать, что привычка видеть евреев в гражданском бесправии и общественном унижении стала второй натурой многих русских людей: нередко человек просвещенного ума и благородных стремлений превращается в язычника пред лицом еврея, принесенного на заклание, и принимает эту жертву.

В индифферентизме огромного большинства русского общества к жизни сограждан-евреев лежит опасность для их будущей судьбы. И если для счастья русского народа нужны политические реформы, то для счастья евреев в России необходимо еще уничтожение языческих пережитков в широких кругах русского общества…

Характер русского ограничительного законодательства о евреях – Отсутствие планомерности и определенности в целях – Бессилие законодательства в борьбе с требованиями жизни – Роль правительства и общества в созидании ограничений

Когда окидываешь взором хаотическую громаду – русское ограничительное законодательство о евреях, – возникает скорбный вопрос: для какой реальной надобности, по каким побудительным причинам, по какому плану люди трудились более века над созиданием его? Но ответа нет.

Оставаясь неизменным в своих основных моментах, это ограничительное законодательство существовало при самых разнообразных условиях русской политической и общественной жизни, далеко не всегда находясь в непосредственной связи с ней. Если в периоды либеральных веяний положение еврейского народа несколько облегчалось, то всё же эволюция государственной и общественной жизни России весьма слабо отражалась на его судьбе.

<…>[35]

…Когда эти выводы, как результат исторического обзора важнейших ограничительных законов о евреях в России, были сделаны мною для представления членам первой Государственной думы[36], торжественно-повышенное настроение, которое переживали тогда прогрессивные элементы русского общества, воспалило фантазию еврейского народа, и большинству его чудилось, что одним напряженным душевным движением, вызванным глубокопроникновенным сознанием всей важности наступившего исторического момента, народные представители разрушат стены еврейского бесправия, раскуют цепь унижения, остро, до крови впившуюся в еврейскую жизнь. И тогда вчерашний день станет отдаленным, полузабытым прошлым.

Но не все верили в эту сказку, рожденную печалью еврейской души.

Знали мы, что грохот повседневной суетливой жизни жестоко и цинично вырвет этот старый, закаленный страданиями народ из-под ласковой власти сновидения.

Обширный суровый законодательный материал, регулирующий еврейскую жизнь на протяжении шести-семи поколений, и громоздкие труды правительственных канцелярий, подготовлявших эти законы, отпугивали фантазию. Старая тряпичная бумага не скоро истлевает: вынесенные наружу, старые законодательные акты своей свежестью не отличались от новейших творений в этой области.

Если бы повседневную судьбу евреев в России творила одна лишь бюрократическая власть, можно было бы поверить, что обновление страны немедленно даст гражданскую свободу еврейскому населению. Но беспристрастное изучение фактов прошлого раскрывает пред нами правду, которой мы должны бесстрашно взглянуть в глаза.