Не одни только представители власти творили ограничительные законы. Они их писали, они их истолковывали, они приписывали себе авторскую честь, но созидательная сила неоднократно исходила из разнообразных кругов общества.
И именно эта правда не позволяла возмечтать, что достаточно духовного общественного подъема, чтобы ограничительное законодательство сразу превратилось в тот исторический материал, который, утратив непосредственную связь с настоящим, говорит лишь о прошлом.
Ограничительное законодательство явилось результатом сложных взаимоотношений между различными общественными группами, с одной стороны, и между их совокупностью и правительством – с другой. В среде многообразных общественных групп происходила то явная, то скрытая борьба за сохранение или за ограничение прав евреев; боролись, конечно, не во имя принципа справедливости или естественных прав евреев; различие интересов превращало одних в защитников евреев, других – в противников последних. Эти конкурирующие между собою группы апеллировали к правительству, которое, со своей стороны, в зависимости от разнообразных обстоятельств дня или личных влияний становилось то в ряды защитников евреев, то в ряды противников.
Есть порочные деяния, которые родятся во мраке и тайне, деяния, от которых людей удерживает только свет дня. Чтобы разрушить ограничительное законодательство, надо отдернуть завесу, скрывающую правду его созидания, и обнажить позор его существования. Необходимо открыто засвидетельствовать, что творцом ограничительного законодательства о евреях является не только правительство, но и общество.
Надо показать, что евреи приносились в жертву не высоким государственным интересам, а личной мелкой корысти, злобным вожделениям, невежественному фанатизму, суетным домогательствам.
История возникновения стеснительных законов о жительстве евреев может дать в этом отношении много ярких картин.
Давность еврейского поселения в России – Стремление верховной власти в XVIII веке удалить евреев из страны – Ходатайство малороссийских и рижских властей об отмене выселения – Тайное содействие императрицы Екатерины II водворению евреев в России
История своевольна. Шествуя по пути, ей одной ведомому, она часто поражает человечество своими причудливыми движениями. В предвидении же какого будущего, скрытого от нас, она столь настойчиво добивалась того, чтобы большинство потомков древнейшего народа, прошедшего длинный культурный путь, сосредоточилось в пределах государства сравнительно молодого, позже других приобщавшегося к современности?
Евреи издавна поселились на территории нынешней России и с тех пор беспрерывно проживают здесь в большем или меньшем числе. В Крыму молчаливые могильные памятники говорят о пребывании их еще до христианского летосчисления. Кавказские горы в легендах, поэтическом эхе истории, хранят седые воспоминания о предках нынешних евреев-горцев. Днепр, пробегая мимо Киева, уже за много столетий до нас видел там кипучую торговую деятельность евреев. А западные губернии каждым клочком земли повествуют о вековой исторической жизни евреев на этих местах. Давним является пребывание евреев и в Царстве Польском. В Курляндии и Лифляндии евреи также имеют грустные воспоминания о длительной борьбе за право проживания.
Созидая себя, Русь смела с лица земли многие народности, а позже, уже прочно существуя, она, оберегая свою веру и свою добычу, долго, с тяжелым упорством дремлющего великана, отгоняла от себя тех, кто мог нарушить ее покой.
Евреи, наряду с иностранцами, подвергались порою притеснениям; они то изгонялись из страны, то предупредительно не впускались сюда. Но все подобные удары, обрушивавшиеся на евреев то лениво, то свирепо, не могли запугать этих чужаков, жизненные потребности которых были сильнее страха пред кулаком.
Наступил XVIII век, ставший в России в отношении евреев ареной борьбы между бессильными человеческими велениями и властными требованиями истории. Это столетие началось довольно печально для евреев. Могло даже казаться, что наконец-то религиозная вражда к евреям одержит верх над экономическими факторами, которым в то время, впрочем, старались придавать слишком ничтожное значение в государственной жизни, и Россия избавится от евреев. Начался период настойчивого стремления освободить страну от них. Бумаги писались и подписывались… А между тем отдаленные события, столь мало, казалось, имевшие отношение к евреям, шли своим чередом, долженствуя в одном из своих итогов ввести в состав русского государства миллионное еврейское население.
