— Надеюсь, не дуэль? — осведомился я, напряжённо разглядывая нанесённые на карту окрестности столицы. За пределами города располагались имения богатых аристократов, могущих себе позволить хорошую охрану и высокие стены. Чудища же не дремали.
— Нет, не дуэль. Тир устроили.
— Авось они не перестреляют друг друга, — понадеялся я, отыскав владения Годуновых. Обширные владения: особняк, дубрава, множество хозяйственных построек, казарма и даже свой некрополь.
— Даже если перестреляют, то Пожарский их откачает. Вон он рядом хмурится. Не выспался, поди, — успокоил меня Лёшка и азартно предложил: — Слушай, там сейчас брюнет и блондин стрелять будут. Ставлю на то, что брюнет попадёт в большее количество мишеней.
— А мне значит остаётся блондин? Ладно, поставлю на светлую голову, — задумчиво произнёс я, достал из стола линейку, подошёл к висящей на стене большой карте и стал мерить расстояние от Уральска до владений Годуновых.
— А что ставим-то? — уточнил Корбутов.
— На деньги уже не интересно, а вот домашняя лошадка мне бы не помешала. У тебя спина крепкая?
— А то, но только один заезд. А ежели проиграет твой стрелок, то уже ты меня прокатишь с ветерком.
— Договорились, — кивнул я и в уме соотнёс сантиметры и масштаб. Теперь бы только не забыть получившееся число.
— О! Начали! — выдохнул Лёха и сжал кулачки. Но они ему не помогли. Оба стрелка оказались довольно посредственными, но брюнет был чуточку хуже блондина.
— Криворукий пень! — крикнул ему из окна взбешённый Лёшка и тут же нырнул за подоконник. А мне пришлось спрятаться за шторой.
— Ну, рысак Алексей, поехали на поиски прекрасной девы Лены.
Корбутов тяжело вздохнул и опустился на четвереньки. А я уселся на него и поджал ноги.
— Иго-го, — печально выдохнул братец и загремел костями по полу.
Но я недолго издевался над ним. Хрипящий от усталости Лёха ссадил меня, преодолев всего половину коридора.
— Всё, сил моих больше нету! — взмолился он, дыша, как лошадь загнанная в мыле, пришпоренная смелым ездоком.
— Ладно, дальше пойду пешком, — сжалился я над ним и покинул спину Корбутова.
Тот облегчённо охнул и проговорил:
— Надо будет впредь лучше кормить лошадей. Оказывается, у них такая сложная работа.
— Вот-вот, — усмехнулся я и отправился на поиски Ленки.
Девчонка отыскалась довольно скоро и заверила меня, что всё готово к предстоящему балу: музыканты, блюда, бухло. Осталось только выйти на крыльцо и начать встречать гостей, а те уже скоро должны появиться.
Я переоделся в парадные шмотки и вместе с Ленкой выбрался на крыльце, предварительно приказав Корбутовым и Пожарскому привести всех некромантов в бальный зал.
— Душно, — пожаловалась Ленка, обмахиваясь затейливым веером. Он заставлял трепетать мелкие пёрышки на её почти игрушечной шляпке.
— Придётся открыть в бальном зале окна, а то сваримся к хренам собачьим, — глухо проговорил я, испытывая нешуточное волнение. Ещё бы! Я очень многое поставил на сегодняшний вечер и ночь. Пан или пропал. Если у меня из-под носа умыкнут некроманта, то я уже вряд ли сумею самостоятельно разыскать похитителей. Придётся просить помощи у императора. Без его ведома я не могу объявить в розыск таких крупных аристократов, как ректор.
— О, кто-то едет, — произнесла девчонка, бросив взгляд на карету, остановившуюся около открывающихся ворот. — Наверняка все гости будут в лёгком недоумении. Вроде бы следует объявить траур по скоропостижно скончавшемуся главе городу, а мы наоборот — веселье устраиваем.
— Да чёрт с ними. Пусть лучше думают, что я чёрствый самодур, чем похитители избегнут наказания.
А гости действительно недоумённо поглядывали на меня, когда я встречал их с широкой улыбкой радушного хозяина. Однако никто мне ничего не осмелился сказать. Все выдавливали неестественные улыбки и вели себя преувеличенно весело. Надеюсь, что хоть вино их действительно развеселит. А даже если и не развеселит, то и хрен с ними. Главное, чтобы они послужили хорошей массовкой. Весьма многочисленной массовкой. В особняк прибыло десятка три гостей, да плюс некроманты и их спутники и спутницы — итого аж полсотни человек. Но бальный зал всех их сумел вместить.
— Ну, вроде как всё в ажуре, — прошептал я себе под нос, вышел в центр и произнёс приветственную речь. Она понравилась народу. И тот одарил меня овациями, а затем музыканты принялись отрабатывать свой хлеб. Прислуга же замельтешила между гостями, предлагая им угоститься выпивкой, стоящей на подносах. А я отошёл в уголок и принялся оттуда наблюдать за всем действием.
Возле насмешливо сверкающей глазками вдовы уже вился Алёшка, который хозяйским взором оглядывал гостей и всем видом показывал, что бал состоялся только благодаря ему. Шурик безуспешно пытался пригласить на танец Ленку. А та внимательно следила за некромантами, которые благодаря молодости снова зажигали так, будто и не пили ночью.
