Пожарский тоже был занят делом. Он подходил к гостям, заводил непринуждённые разговоры и вроде бы невзначай поглядывал на их шеи. А одному мужику с под горло застёгнутым воротником он расстегнул оный, с апломбом сославшись на то, что весьма плохо для здоровья так ходить.
Ясный пень, что барон по моему приказу пытался найти аналог той цепочки, что убила градоначальника. Но пока он не показывал условного знака. Значит, его поиски безрезультатны.
— Ваша светлость! — подошла ко мне ослепительно улыбающаяся Варвара Александровна. Аж глазам больно стало от блеска её зубок. — А что вы в одиночестве прозябаете?
Я втянул ноздрями воздух и сам себе кивнул. Да, так и есть. От девчонки тянет спиртным. Она уже успела тяпнуть для храбрости, потому и столь развязно говорит с князем.
— Не прозябаю, а контролирую. Если бал не удастся, то подобный конфуз сильно скажется на моей репутации.
— Эх-х-х, — вздохнула она, печально посмотрев на меня. — Вам, наверное, так тяжело. На вас столько свалилось в таком юном возрасте. Вы ведь всего на пару лет старше меня, а уже столько всего испытали.
— Ну, кое-чего действительно обрушилось.
— Мы можем поговорить об этом. Вам полегчает, — проникновенно прошептала девушка, заглядывая мне в глаза.
Э-э-э! Да она меня клеит! Притом весьма топорно и неумело, но весьма настырно. Даже за руку взяла, пусть и довольно робко. А ведь за мной постоянно следят гости. Я же в Уральске как рок-звезда мирового масштаба на сельской дискотеке. И эти гости могут донести императору или его дочке. И что тогда? Варваре будет секир-башка. Она разве этого не понимает? Нет, не понимает. Её взгляд окончательно осоловел, а глазки заволокла томная поволока. Пришлось взять дело в свои руки. Я торопливо сжал её ладошку и закружил девчонку в танце. Пусть лучше народ думает, что я подарил ей первый танец, чем будет считать, что она меня хватала за руки и домогалась в углу зала. Правда, танец особо удачным не вышел…
— Ваша светлость, простите, — пролепетала раскрасневшаяся красотка, очередной раз наступив мне на ногу. — Кажется, я по неопытности позволила себе лишнего.
— Все мы совершаем ошибки, главное, вовремя их понять, — философски проговорил я, поставив галочку напротив достижения «танцы с брёвнами».
— Да, да, вы правы, — поддакнула Варвара, тяжело задышав. Её соблазнительная грудь от этого упражнения чуть не выскочила из корсета. Мне даже пришлось отвернуться, чтобы не поддаться искушению. А отвернувшись, я тут же наткнулся взглядом на седовласого тщедушного остроносого господина, который нервно поглядывал на Пожарского, разгуливающего неподалёку от него. Барон просканировал взглядом шею очередного своего собеседника, заложил руки за спину и неторопливо двинулся в сторону остроносого, стоящего среди таких же убелённых сединами господ. Остроносый его приближения ждать не стал. Он что-то с извиняющейся улыбкой сказал своим корешам и двинулся в сторону дверей. При этом старик явно сдерживал шаг, чтобы его отступление не выглядело бегством. Хм-м-м… Какой подозрительный дедок. Надо бы поговорить с ним с глазу на глаз.
— Благодарю вас за танец, сударыня, — торопливо сказал я Варваре и уже на ходу добавил: — Ещё увидимся
— И я вас благодарю, ваша светлость, — промяукала погрустневшая девчонка, заморгав повлажневшими глазками. Она явно подумала, что мой поспешный уход связан с её провальным танцем.
Девчонка принялась отчаянно теребить носовой платочек, наверняка обзывая себя последними словами из-за того, что испортила танец с самим князем. А я ловким ужом извивался среди гостей, преследуя остроносого старика. Тот моей слежки не заметил и с явным облегчением покинул зал. Но далеко он не ушёл.
Я догнал его в пустынном коридоре, схватил за плечо и прошипел в перепуганную рожу:
— Я знаю кому ты служишь, ирод!
— Госпо… господин! — выдохнул он, побледнев как полотно. — Я служу императору, стране… вам.
— Нет, ты служишь той мерзости, что похищает юных магов! — прошипел я и без труда прижал его к стене, поскольку старик оказался совсем слабосильным. Его бы и куры заклевали, если бы хорошо поели и отоспались.
— Я не понимаю вас, ваша светлость! — судорожно выдал остроносый, задрожав всем телом. По-моему, даже стал раздаваться стук костей.
— Всё ты понимаешь! И лучше поведай чистую правду, иначе артефакт отсечёт твою голову так же, как лишил башки градоначальника!
— О-о-о, — выпучил глаза старик и весь как-то обмяк, а потом закатил глаза.
— Эй! Ты чего? Инфаркт?
Я сделал шаг от сползшего на пол тела и посмотрел в сторону зала, откуда доносилась музыка. Позвать Пожарского? Или проверить, есть у старика цепочка-артефакт? Долго думать мне не пришлось, поскольку старик вдруг распахнул глаза, вскочил на ноги и с неожиданной прытью помчался прочь.
— Стой, гад! — проорал я, бросившись за стариком.
