ЗИМА[ЛЕТО]. Книга 3 полностью

Всякий раз, когда Ольга встречалась с Изабеллой, это было… было… словно удар под дых. Она не могла дышать, не могла думать ни о чем другом. Оставшись наедине с собой, она давала себе волю. Иногда она утробно выла, уткнувшись в подушку, чтобы не слышали соседи по общаге. Бывало, просто тихо плакала, сжавшись в комочек.

Потом девушка брала себя в руки и, задвинув воспоминания в дальний угол сознания, выходила из комнаты. Улыбалась, жила дальше.

И она… она тоже жила дальше.

Изабелла.

Эта бесчеловечная тварь наверняка тут же забывала об Ольге. Зато Ольга ничего не забыла и не простила.

— Не заставляй меня, — все так же не глядя на мужа тихо попросила она. — Пожалуйста.

Он резко затормозил, так что натянулся ремень безопасности, и Ольга очнулась, перестав терзаться и рефлексировать. Зимин поставил «гелендваген» у обочины.

— Всю жизнь собираешься это тащить на себе? — спросил он. — Может, хватит?

Ольга посмотрела на него. А ведь он абсолютно прав! Совсем как в тот раз, когда уговорил ее остаться на аукционе и перестать прятать голову в песок, как страус. Нельзя всю жизнь избегать проблемы. Надо встретиться со своим страхом лицом к лицу.

— Хорошо, — сказала она.

Хотела что-то добавить, как вдруг он закрыл ей рот поцелуем.

Перегнувшись, он нажал на рычаг и немного опустил ее кресло. Ольга задыхалась от страсти. Не от своей — от его. Он словно хотел поглотить ее без остатка.

Все слилось воедино — его рука под лацканом кашемирового пальто, ласкающая через платье грудь, его твердые, жестокие губы, частый стук сердца, неприкрытое желание и горячее, обжигающее дыхание…

— Слав, — выдохнула она, когда он отпустил.

— Скучала? — спросил он.

— Очень.

— Чарли! Тебя тут никто не обижал? — спросила Ольга, когда в прихожую выскочил пекинес, радостно лая и яростно виляя хвостом.

— Такого обидишь, — улыбнулся Зимин, глядя, как она тискает собаку. — Отжал половину постели и сожрал полхолодильника.

Чарли млел, закатывая глаза от наслаждения.

— Ясно, — потрепала она по холке песика и встала.

Вот почему тот потолстел! Надо с ним чаще гулять. Тем лучше. Ей нужно больше двигаться, а собаке выходить на улицу. Все очень удачно совпало.

Зимин помог ей раздеться, сняв пальто, и они пошли на кухню. За время поездки у Ольги наконец проснулся аппетит, и надо было компенсировать пропущенный завтрак. Достав из холодильника яйца и молоко, женщина соорудила омлет на скорую руку.

— Кофе сделаешь? — попросил Зимин. — Кстати, Большаков звонил два дня назад. Сказал, курс акций «Лета» просел на четыре процентов. В течение недели будут отозваны кредитные средства, и тогда все закончится.

— Вот как?

Ольга прикинула. Все заняло чуть больше месяца — быстрее, чем она рассчитывала. Почему-то у нее не было торжества. Она ничуть не злорадствовала, что компания Бориса идет на дно. Что заслужил, то и получил. Рано или поздно это все равно бы произошло из-за неправильного управления компанией. Они только подтолкнули, и лавина сама понеслась вниз.

— Я думал, ты обрадуешься.

— Хотела бы сказать, что рада, но это будет неправдой, — призналась она.

Скорее, удовлетворена. Да, точно. Довольна. Нашла правильное слово.

Ольга наконец-то поняла смысл фразы «Я желаю удовлетворения», которую бросали вместе с вызовом на дуэль.

Галанин беседовал с Ольгой Летковой. Зимин настоял, чтобы это происходило в присутствии адвоката, хотя она была потерпевшей, так что с ней отправился Евгений Бузин.

Вопреки расхожему мнению о правоохранителях, Галанин не устроил допрос с пристрастием. Все было обставлено как доверительная беседа. Этот человек до боли напоминал советских киношных милиционеров — интеллигентных и очень правильных. Даже внешность была под стать: аккуратная стрижка, четкая выправка, открытое приятное лицо с правильными чертами и внимательный, прямой взгляд серых глаз, от которых мало что могло укрыться.

Он точно так же изучал ее.

В жизни дочь Летковой выглядела иначе. Да, красива. Да, уверена в себе. Но это еще не все. В ней не было гламура светских фотографий, зато удачно сочеталась порода и изысканность, а еще странным образом — простота и непознаваемость. Здесь, в неприятной для себя обстановке она была погружена в себя. Ни одной настоящей эмоции на лице. Легкая светская улыбка и безупречные манеры не могли обмануть следователя.

Еще он вдруг подумал, что его смутило при личной встрече. Женщина совсем не похожа на своих родителей. Смуглая, кареглазая. Было в ней что-то южное, солнечное. Восточная кровь? Не только. Телосложение тоже более изящное, кость тонкая. Высокий модельный рост. Грациозные, плавные движения. Одета элегантно, а не дорого-бохато, как можно было ожидать от жены новорусского бандита, и ведет себя сдержанно и с достоинством. Умеет себя подать.

В кабинете было тепло, даже жарко, и женщина расстегнула кашемировое пальто, под которым обнаружилась свободная шелковая белая блуза и темная юбка ниже колен. Тоже классика — белый верх, темный низ.